И тут выяснилось, что Элси Мэй, любительница путешествий шестидесяти с чем–то лет, никого не интересует. Первые две недели она заглядывала на сайт знакомств чуть ли не каждый час. К концу третьей – устала настолько, что разуверилась в своем счастье. Теперь вид седой пары в телевизоре вызывал у нее только раздражение. «К черту такие услуги. На тридцать первый день я не заплачу ни цента. Это же просто мошенники и вымогатели», – все больше распалялась она, продолжая–таки поглядывать на свою страничку в «Гармонии». Чудо произошло на двадцать пятый день. Некто Ник Тайлер написал в окошке чата: «Привет, дорогая! Как поживаете?» Не в силах справиться с волнением, Элси подскочила с кресла, заметалась по комнате, чуть не упала, запнувшись за угол ковра. Потом, немного успокоившись, собралась с духом и кликнула на страничку Ника. Хорошо сохранившийся пожилой джентльмен, чуть улыбаясь, добродушно смотрел на дам, желающих познакомиться с ним для приятного времяпровождения. Элси желала. Она бодро отстукала все, что полагалось в таких случаях. Выяснилось, что Ник – вдовец и коротает свой век в домике на другом конце города. Его не интересовало семейное прошлое Элси. Он вообще почти не задавал вопросов. Он хотел свидания. Почему нет? Так через два дня в кофейне Старбакс на главной плазе? Да. В четыре часа пополудни? Отлично. Оставалось дожить.
Распрощавшись с Ником, Элси в бессилии уставилась на тикающий будильник. Вот большая стрелка обежала круг, незаметно убавив время ее жизни. Что, если она умрет до этой встречи? А если умрет Ник? Может, притвориться, что ничего не случилось? Вон по телевизору пожилая женщина рассказывает, как не могла жевать, пока не закрепила вставную челюсть гелем. Элси озабоченно потрогала языком свою вставную челюсть: вот будет смеху, если эта штука выпадет в стаканчик с кофе прямо на виду у Ника. А что делать, если не заведется мокнущая под дождем во дворе «хонда»? Можно, конечно, вызвать такси, но это такие расходы. А что, если она упадет прямо тут, у себя в квартире, и сломает шейку бедра? Ну, это уж слишком. Почему сразу шейку бедра? Элси попыталась остановить поток страшных мыслей. Решив, что одним усилием воли ей не справиться, она пошла в ванную за успокоительной таблеткой из шкафчика. Как странно, но оттуда исчезло даже снотворное. В некотором недоумении она вернулась к телевизору и погрузилась в жизнь любимых сериалов, герои которых давно стали членами ее семьи. Под утро ни с того ни с сего Элси приснилось слово «Клифф».
Вопреки всем страхам, «Хонда» послушно завелась и доехала до Старбакса за считанные минуты. До назначенного свидания оставалось больше часа. В кофейне было многолюдно и шумно. За прилавком деловито орудовали три молоденькие девушки в зеленых передничках. Сначала они принимали заказы, тыкая пальчиком во что–то, напоминающее плоский компьютер, потом носились между какими–то агрегатами, что–то дергая и на что–то нажимая. Когда в ловко подставленные стаканчики неведомо откуда с шипением выливался кофе, одна из них виртуозно выводила вензеля из взбитой молочной пенки на коричневом кружочке напитка, другая – накручивала кремовые горы, присыпанные тертым шоколадом. На табло высвечивались невероятные для Элси названия с не менее невероятными ценами. Ей, привыкшей годами покупать стаканчик кофе за 60 центов в забегаловке напротив офиса доктора Якобсона, здесь все казалось диковинным. Очередь двигалась быстро. Вот уже девушка в передничке с готовностью ждет старушку, в нерешительности рассматривающую витрину. «Дорогуша, я буду большой стаканчик латте. Правильно я произношу это слово? И вон тот бутербродик», – Элси протянула десять долларов. В специальной тарелочке звякнула сдача. И снова что–то защелкало, зашипело, девушка закружилась в каком–то неведомом танце, и через несколько минут Элси получила белый стаканчик с зеленой русалкой на боку и горячий бутерброд в пакетике. Теперь ей был нужен столик, но так, чтобы видеть всех, кто входит, оставаясь при этом незаметной. Такое место нашлось в углу у окна.
