– Я был на войне, – сообщил он, – и знаю, что она делает с человеком. Но если тебе драки не по душе, значит, нужно искать другую работу. А за такие навыки, знаешь ли, можно нормально зелени настричь.
– Работая наемником? Мне моя работа нравится, так что спасибо.
– Давай, смотри на меня, как будто ты мой школьный психолог, пока сам не переступил черту. Я никогда добровольно не причинял вреда невинным.
– Думаешь, нельзя причинить вред при помощи денег, или бездействия, или перепродажи оружия, или чем ты там еще занимаешься?
– Ты даже понятия не имеешь чем, – заверил Джакс. – Небось, считаешь, что я современный Робин Гуд.
– А это так?
Джакс усмехнулся, развел руками.
– Я знаю, на каком я свете. Может быть, один из нас заблудился или обманывает себя. Но кто именно?
Грей подобрал свою обувь.
– Увидимся в ресторане.
– Есть легенда об утраченном оазисе, – начала профессор Хилтон, – который расположен где-то посреди великой Западной пустыни, между городом Дахла и оазисом Сива. Тем, кто там не бывал, не постичь, насколько тамошние территории изолированы от остального мира. Это та же часть пустыни, где во время песчаной бури в 524 году до нашей эры пропала пятидесятитысячная персидская армия царя Камбиса, и больше ее никто никогда не видел.
– Историй о пропавших оазисах много. В первую очередь на ум приходит Зерзура, – заметил Виктор.
– Но ни в одном из мифов не упоминается подземный оазис.
Брови Виктора поднялись, а Хилтон пригубила свой чай.
– Легенда говорит о боге, который жил в подземном озере, скрытом среди пустыни, в пещере, начинающейся за известняковым образованием в форме ворот. Но, конечно, упоминание ворот добавилось позднее, не в момент возникновения первоначальной версии.
– Конечно. – Уголки рта Виктора еле заметно поползли кверху.
– Сама легенда довольно короткая. В ней говорится о том, что тот, кто пьет во́ды этого озера, получает необычайное долголетие. Озеро было маленьким, и лишь вожди знали, где оно находится. Бог озера позволял им пить всего раз в неделю, чтобы вода оставалась в сохранности.
– Удивительно похоже на мифы других культур о различных эликсирах бессмертия, – заметил Виктор.
– Совершенно верно, но, опять же, всегда есть начало. Люди из племен, которые я упоминала, говорили мне, что озеро некогда служило истоком подземной реки, но в те времена, когда боги ходили по земле, эта река тоже текла по поверхности, а еще – что она питала четыре другие водные артерии, а те орошали землю. Реку-источник, проистекающую из озера, они называли рекой жизни. Знакомо звучит?
– Четыре реки Эдемского сада, – подтвердил Радек. – Мне хорошо известна теория, что Эдем некогда находился на территории Египта, а четыре реки, вытекавшие оттуда, это Тигр, Евфрат, Нил и еще одна, неизвестная. И все они якобы соединялись где-то в Сахаре.
Хилтон в детском восторге захлопала в ладоши.
– Вы украли мою минуту триумфа!
– Еще я вижу тут элементы Вавилонии. Гильгамеш искал Утнапиштима, владеющего секретами бессмертия, в устье четырех рек.
– Созвучие некоторых мифов действительно поражает: легенды о потопе, об эликсире жизни, о воскрешении – и это я назвала лишь небольшую часть. Хочешь не хочешь, а удивишься, правда?
– И что же произошло с затерянным оазисом из вашей легенды? – спросил Виктор.
– Наиболее распространена версия насчет жадного вождя. Озерный бог разозлился на него за злоупотребление водой жизни, поразил молнией, проклял весь его род и устроил сильнейшую песчаную бурю, после которой вход в пещеру закрылся.
– Одного из моих коллег эта легенда особенно заинтересует.
Хилтон посмотрела на собеседника, словно пытаясь оценить степень его искренности.
– Тогда вот вам моя версия. В пустыне некогда существовало, а может, и до сих пор существует подземное озеро, служившее объектом поклонения. В пользу того, что под пустыней в пещерах по-прежнему имеются водоемы, говорит ряд геологических свидетельств. Проход, ведущий к этому конкретному озеру, мог просто оказаться завален в результате землетрясения или скрыт под барханом.
– Вполне правдоподобно, – медленно кивнул Виктор. – Насколько я понимаю, ваш тезис таков: первые обитатели пустыни были анимистами, молились солнцу, звездам, священным камням, оазисам. Концепция Нуна зародилась среди этих людей или, более конкретно, среди поклонников бога утраченного подземного оазиса.
– Грубо говоря, да.
– А та часть легенды, что касается вечной жизни? – поинтересовался Виктор.
Хилтон развела руками и пожала плечами. Ее лицо озарилось загадочной улыбкой.
– Может, у древних вождей была хорошая наследственность.
– Вы опубликовали свои тезисы?
– Эту их версию – нет. Никому не интересно рассматривать устоявшуюся доктрину сквозь призму подобных связей.
Виктор обдумал информацию. Любопытно, но в конечном итоге бесполезно.
– Интересная теория, и спасибо, что поделились. Если у вас найдется еще минутка, я хотел бы вдобавок обсудить ваш разговор с полицией.
Рот у доктора Хилтон приоткрылся, она явно собралась защищаться.
– Как вы могли…
