– Какой он? – подалась вперед Халиин, навалившись на Воса, на что тот и не подумал возмутиться. Кота помолчал, подбирая слова.
– Сильный. Это первое, что бросается в глаза. Он и раньше был не слабак, но сейчас… И Тёмный. Ни грана Света. Совершенно. И при этом… Знаете, его дочь полностью Светлая. Абсолютно. И никто не читает ей мораль, не тянет на Темную сторону… И она своего отца не боится.
– А мальчик?
– Люцифер? – Рам поджал губы. – Палпатин назначил его Наследником. Сам это видел.
– И… как? – прищурился Вос. Кота покачал головой:
– Соответствует.
– Рам…
– Что?
– Мы… Нам надо все обдумать. Понимаешь, с нами дети. Мы не можем рисковать. Нам надо защитить в первую очередь их.
– На этот счет можете не волноваться. Это Вейдер отлично понимает, – поморщился от воспоминаний Кота.
– То есть?
– Пару суток назад покушались на Люцифера.
– Хаттово дерьмо! – выругался Вос. – И как?
– Люцифер отбился. Правда, далось это ему дорогой ценой. Но… Он отбился.
Все переглянулись и Кенто завершил разговор:
– Ладно, Рам. Мы обсудим ситуацию… И будем на связи.
– Лучше всего через пару часов.
– Хорошо. И… Рам? Ты не жалеешь?
– Нет.
Беглецы молча уставились друг на друга. Дети тихо сопели, больше тишину ничего не нарушало. Первым отмер Квинлан:
– Надо больше информации.
– Поддерживаю! – кивнула Халиин, прижимаясь к мужу и сонно моргая. Марек вздохнул:
– Итак, первое впечатление очень благоприятное.
– Мы не знаем деталей, – буркнул Вос, приобнимая жену.
– Не знаем, – согласился Кенто, – но что мешает нам узнать? Через два часа выйдем на связь. Надо обязательно поговорить с Лари. Она – особа ушлая, ей глаза красивой картинкой не замылишь.
– И проповедями о сторонах Силы тоже…
– Вот именно. А пока – отдыхаем. И собираемся с мыслями.
Кота с головой ушел в разбор предстоящей им с Трауном операции. Великолепный тактик встретил не менее великолепного стратега, и теперь оба получали от обсуждения плана буквально физическое удовольствие. Мужчины сыпали терминами, иллюстрируя свои слова меняющимися на глазах голограммами, с уважением поглядывая на собеседника. Присутствующие при этом офицеры внимали… Единственное, что они могли сделать.
Наконец собрание закончилось, и Траун с Рамом вернулись в реальность.
– Отлично. Значит, оставляем этот вариант.
– Согласен, – довольно кивнул генерал, окидывая развернувшуюся перед ним карту внимательным взглядом.
– Хорошо… Тогда перерыв. Пора перейти к другим вещам, не столь интересным, – сверкнул багровыми глазами чисс. – Генерал.
– Коммандер.
Мужчины коротко кивнули друг другу, и Кота четким стремительным шагом понесся к себе. Комлинк почти жег карман. Рядом с ним едва ли не бежала Лари, с нетерпением ожидая встречи с теми, кого видела когда-то только мельком. Рам о мастерах и магистрах говорил скупо, но Вос и Марек были исключениями. Причем их он – в отличие от множества других – вспоминал с уважением.
Двери захлопнулись, Лари достала небольшой прибор и обвела им вокруг себя, внимательно глядя на экран, затем кивнула. Кота активировал связь, расплываясь в улыбке:
– И снова привет, Кенто.
– Рам, Лари… – Марек поприветствовал их наклоном головы. – У нас есть несколько вопросов…
– Задавай.
– А потом мы принесли присягу, – неторопливо рассказывала Лари. – Самый лучший вариант… А если честно – единственный. В Дикий космос не хотелось. Совсем.
– Это понятно… – задумчиво поскреб щеку Кенто. – А что насчет последнего покушения?
– Мы видели, – Лари передернуло от воспоминаний о навалившемся на нее ужасе… И о том, как Рам вышвыривал их с Трауном из каюты, превратившейся в смертельную ловушку. – Вейдер потом принес запись… Хотел видеть подробности. Мальчик… Я не понимаю ни как он остался жив, ни как смог убить нападавших. Один удар ладонью…
– Сила, – прокомментировал генерал.
– Вейдер, а также, по его словам, и Кеноби с Йодой считают, что малыш – воплощенная Воля Силы, что бы это ни значило. Я не одаренная, но и то прекрасно вижу… Палпатин недаром назначил Наследником именно его. Люцифер – сплошная загадка и противоречие на противоречии. Ему шесть лет биологически, но психологически – практически взрослый. Очень умен. Пользуется Силой… Это поражает. Вейдер общается с ним как с равным. При этом он заботится о сыне как о ребенке. Двойственность… Дальше. Очень… м-м-м… прагматичен. Если надо убить – убьет, не колеблясь. Осознанно.
– Насколько я помню, – прищурился Кенто, – ходили слухи, что Энакин убил впервые в девять…
– Сын его опередил. Ему и пяти не было.
Джедаи переглянулись.
– Жесток. При этом – очень привязан к семье, особенно к отцу. К сестре отношение скорее покровительственное. Дальше. Ничего не имеет против джедаев… Но не любит фанатиков.
– А кто их любит? – скривился Вос. Лари хмыкнула:
– Ненавидит Кеноби и Йоду. Мечтает убить и повесить их головы на стенку. Что и заявил Оби-Вану. Свидетели рассказывали. И еще… Насколько я смогла понять, то, что принадлежит ему, из рук не выпустит. Невероятный собственник. Имеет огромное влияние на отца. И… позволю себе дать совет.
– Слушаем, – Кенто подался слегка вперед, глядя на Лари.
