— Ясно.
Да ничего тебе не ясно!
Ты не понимаешь, как больно просто находиться рядом с тобой. Больно наблюдать за вашими якобы дружескими посиделками с Ариной и замечать довольные взгляды родителей. Ведь на их глазах исполняется мечта.
— Тебе здесь нравится? — Слава не торопится допивать какао.
— Да. Тут красиво.
— Хотела бы приехать еще раз?
— А какая тебе разница?
Мужчина пожимает плечами.
— Просто спросил. Поддержать разговор.
— А если я не хочу разговаривать?
— Это я уже понял, — хмыкает он.
Ну раз понял…
Я поднимаюсь из-за стола, беру тетрадь.
— Лиз, — Слава хватает меня за руку, не позволяя уйти.
— Да?.. — выдыхаю я тихо.
— Хотел поздравить тебя с Новым годом, — он достает из кармана штанов небольшую коробочку и протягивает. — Мелочь. Увидел и… На память о поездке. Продавец сказала, что он исполняет желания.
— Спасибо. А у меня нет для тебя подарка.
— Это ерунда. Желание загадаешь? — он отпускает мою руку и достает браслет из алой нити с кулоном в виде серебряной снежинки.
— Загадаю, — отвечаю я. — Можно вслух?
— Ну если ты хочешь, чтобы я его узнал.
— Хочу. Хочу, чтобы ты не трусил.
— Не понял… — с лица мужчины пропадает улыбка.
— А разве ты не боишься, что кто-то увидит, как ты даришь мне подарок? — спрашиваю я храбро. — Ты же ведь для этого остался… поработать?
Боже… Я это сказала?! Действительно?!
Слава молчит. Молчит, упрямо сжав губы, перекрывая собой выход из кухни.
Зачем я это сделала?
Зачем вновь раскрыла свои чувства?!
— Я просто захотел тебе сделать подарок и сделал его, — чеканит он. — Не выдумывай лишнего.
— Тогда забудь о моем существовании. Не нужно мне ничего дарить. Я даже не обижусь, если ты перестанешь со мной здороваться, — выпаливаю я, трясущимися руками пытаясь снять браслет.
— К сожалению, не могу. Ты сестра моего друга. Невежливо получится с моей стороны, — Слава наблюдает за моими действиями.
— Ну тогда я стану невежливой! — говорю я, дернув с силой красную нить. — Ай, — морщусь от боли.
— Ну давай, оторви себе руку. Так хочется снять мой подарок? — спрашивает он зло.
— Очень!
— Так я решу эту проблему, — мужчина достает из ящика нож и одним движением рассекает браслет.
— Да ты!.. — я задыхаюсь от собственных эмоций, поднимая с пола серебряную снежинку. — Со своей Ариной так обращайся!
Мужчина смотрит на меня зло. Словно я в чем-то виновата.
— Арина не моя.
— Тогда у вас очень странные отношения. Очень, — протягиваю я. — Те, кого я считаю никем, не суют мне в рот ч…
— Замолчи, — Слава со шлепком накрывает мои губы ладонью. — Не нужно играть во взрослую, Лиза. Ни со мной, ни с кем-либо другим. Проиграешь. Это я тебе гарантирую.
— М-м-м, — я мотаю головой, но мужчина перехватывает второй рукой меня за затылок, не позволяя отойти или заговорить.
— Хочешь быть взрослой?
— М-м-м, — мычу я, едва сдерживая слезы.
— Думаешь, если скажешь слово «член», глядя мне в глаза, то перестанешь быть ребенком? Не лезь во взрослые игры. Не нужно пытаться стать той, кем не являешься. Живи в своем мире. Не мечтай попасть в мой.
Слезы обиды все же катятся по моим щекам.
Ну почему нельзя избавиться от любви по щелчку пальцев?! Щелк! И ты больше не чувствуешь, как разрывается твое сердце. Не чувствуешь боли. И тебе становится плевать на чужие слова.
— А ты не мечтай попасть в мой! — огрызаюсь я, с силой кусая мужчину за ладонь.
Он трясет рукой, шипя сквозь зубы.
— Лялька, тебе пора вернуться к учебе…
— А тебе… а тебе… туда, где все продается и покупается. Где с очень важным видом мужчины хвастаются своими бездушными женщинами…
— В клуб я обязательно заеду, когда мы вернемся в страну.
— Да уж не забудь… — мой голос срывается. Я замолкаю. Не хватало еще расплакаться. Бросаю украшение на стол, хватаю тетрадь. — Мне пора готовиться к экзаменам, — произношу, не глядя мужчине в глаза.
Я выбегаю из кухни с одной лишь мыслью: быстрее спрятаться в комнате и не выходить из нее до самого отъезда. К восьми вечера желудок болезненно скручивает от голода. Я бы, наверное, поела и раньше, но сразу после нашего со Славой разговора Арина вернулась в коттедж. Конечно же, с ней случилось несчастье. Бедняжка потянула ногу. И до того момента, как ее родители не пришли со склонов, она просидела в гостиной, громко озвучивая свои просьбы Славе.
— Всем добрый вечер, — произношу я, присаживаясь за стол. — Как покатались? — я заставляю себя проявить дружелюбие.
— Сегодня отлично, — отвечает Инга Евгеньевна. — Если бы не несчастье с Ариной, — выдыхает она с сожалением. — Как ты? Не скучала без нас?
— Нет. Слава провел со мной весь день.
— Это замечательно.
— Да. Так бы точно с ума сошла от одиночества, — Арина благодарно сжимает предплечье Сизова. — И умерла бы от голода. Но Слава спас меня.
— Я всего лишь заказал еду из ресторана, — замечает холодно мужчина.
— Все равно я тебе благодарна.
Господи. Пусть я ослепну и оглохну на время ужина. Если бы не урчащий желудок, я бы уже сослалась на подготовку к экзаменам и сбежала.
— Лиз, а ты хоть выходила сегодня на улицу? — интересуется Марк, наблюдая за мной. Кажется, я слишком жадно ем мясо с овощами.
— Не было возможности, — отвечаю я.
