«Я был во второй роте, а он в третьей. В Трнаве мы в течение года учились вместе в школе унтер-офицеров. Меня притягивал футбол, и я начал играть за «Трнаву». Руководители клуба договорились с командиром и у меня стало больше свободного времени. От участия в матчах мне перепадали кое-какие деньги, ребята старались держаться возле меня, ну, а с Отакаром у нас была крепкая дружба. Когда мы с компанией шли в пивную, я, разумеется, платил. Ота играл за «Трнаву» в хоккей. Он был одним из лучших спортсменов батальона. Особенно он был силен в легкой атлетике и гимнастике. Однажды в полку были проведены соревнования по атлетической гимнастике. Он, конечно, выступил на них от нашего батальона и показал отличный результат. Вот он на фотографии.
Из Трнавы нас обоих послали в школу офицеров запаса. В Турнов. Ота был десятником[3]. Вот посмотрите его на этой фотографии военным. Правда, шла ему форма? Ему сразу понравилась военная жизнь. Марши, учения, он как будто был создан для этого. И, естественно, его успехи были хорошо видны со стороны.
Отличный парень. Девушки к нему так и липли. Был у нас один командир, поручик по имени Гронек. Ужасный задавала. Все кичился перед нами своей силой. Однажды он предложил побороться Ярошу, заявив перед этим, что в классической борьбе ему нет равных в школе. Но тут нашла коса на камень. Ота принял предложение и… положил поручика на лопатки. Ходили мы и на танцы, ухаживали за местными дамочками. Гронек бывал там с какой-то девушкой, и вы знаете, так получилось, что Ота отбил ее у него. Я ведь вам говорил, что он нравился девушкам. Поручик страшно разозлился, но сводить с Отой счеты не рискнул.
Наступил тридцать шестой год, отношения с Германией у нас начали портиться и в армию стали призывать офицеров запаса. Ота подал рапорт. Солдат душой и телом, он не мог оставаться в стороне, когда родине грозила опасность. Его направили в Границкую академию. С тех пор я надолго потерял его из виду. Пока не получил то самое приглашение…»
Август 1937 года. По плацу Границкой военной академии разносятся четкие команды. Стоящие в строю новоиспеченные поручики застыли по команде «смирно». Ребята как на подбор, в хорошо подогнанной новой офицерской форме. На погонах золотом сверкают пуговички и звездочки. На голубом безоблачном небе сияет солнце, его лучи играют на саблях и музыкальных инструментах военного духового оркестра.
Кто-то высоким сильным голосом читает слова военной присяги.
«Клянемся», — раскатывается мощно по плацу. В стороне теснятся толпы зрителей. Родители, родственники, жены, невесты.
— Вон там наш Ота, мама, видишь его?
Тринадцатилетний Зденек, самый младший из братьев Отакара, приехавший с мамой на это торжество, поднимается на цыпочках, чтобы ничего не упустить.
— Я знаю, — шептала мать. Ее повлажневшие глаза уже давно нашли и рядах молодых офицеров широкие плечи сына, его возмужавшее лицо, затененное козырьком фуражки. Все-таки он добился своего. А как ему идет офицерская форма! Главное, чтобы он был счастливым.
