Гитлеровская Германия, настраиваемая своими главарями на тотальную войну, собирала силы для наступления, которое бы воскресило погасшую славу нацистской военной машины. Для решающего наступления гитлеровское командование сосредоточило на советско-германском фронте более 6 миллионов солдат и офицеров.
Несмотря на то, что потери, понесенные немецко-фашистскими войсками, уже превысили миллион человек, военная сила, которую Гитлер бросал на восток, была огромной. Колеса заводов и фабрик всей оккупированной Европы крутились для вермахта. Открытие союзниками второго фронта, который бы облегчил положение Красной Армии, фактически сражавшейся один на один с Германией и ее сателлитами, оставалось пустым обещанием. Гитлеровские солдаты спокойно загорали на пляжах французского побережья.
Главную задачу стратегического плана летнего наступления Гитлер видел в захвате кавказских нефтяных источников и отсечении Москвы и всей европейской части России от ее азиатской части. Прежде всего фашисты рассчитывали на быстрый прорыв к Волге.
Советские войска попытались 12 мая перейти в наступление у Харькова, но наступление окончилось неудачно. Гитлеровцы, пополнившие войска свежими силами, сами перешли в наступление. На юге, куда они перебросили 25 дивизий из резерва, им удалось создать значительное превосходство в силах. Немецко-фашистские войска заняли Керчь, окружили героически сопротивлявшийся Севастополь.
28 июня войска группы фашистских армий A прорвали советскую оборону и продвинулись к Воронежу. Форсировав Дон, они захватили плацдарм на левом его берегу.
Спустя два дня начала наступательные операции 6-я армия группы армий B. Заняв Острогожск, ее войска во взаимодействии с 4-й танковой армией начали прокладывать дорогу в направлении на Сталинград. 17 июля 1942 года завязались бои на дальних подступах к городу.
Чехословацкие бойцы усиленно продолжали подготовку к боям на фронте. У них появились свои собственные опытные инструкторы для обучения боевым действиям отделений. Завершили свою работу сержантская и офицерская школы. Были организованы самые разнообразные курсы: для медработников, связистов, автоматчиков, снайперов, наблюдателей за самолетами противника. С 1 июня в программу обучения были включены тактические учения. Некоторые из них проводились ночью. Нередко они начинались учебно-боевой тревогой и продолжались несколько дней. Мужчины и женщины возвращались в казармы в пропотевшем обмундировании, запыленные и уставшие, с натертыми в многокилометровых маршах ногами.
Командование советского гарнизона предоставило подразделениям батальона оружие для стрелковой подготовки. Винтовки, пулеметы, а также минометы и 45-миллиметровые пушки. Бойцы изучали их устройство, принцип действия и учились стрелять из них по целям…
Военное обучение близилось к концу. Что будет с батальоном дальше? Клемент Готвальд и Вацлав Копецкий писали Георгию Димитрову:
«Наше посещение части и наше выступление там по единодушному мнению наших людей вызвали поворот в настроении солдат и офицеров… Коммунистам наш приезд добавил силы и смелости… Командир части и в своем ответном слове, и ранее, в письме ко мне, дал понять, что занимает правильную линию… В целом мы верим, что… из этой части может получиться хорошая, надежная боевая единица».
В это время эмигрантское правительство Чехословацкой республики в Лондоне решило послать в Советский Союз «авторитетную личность» для дипломатического зондажа и улаживания отношений между военной миссией, посольством и командованием части, конечно, на основе рекомендаций Лондона. В качестве такой личности был избран министр национальной обороны генерал Ингр.
Он прилетел в Бузулук в первой половине дня 30 июня 1942 года. Генерал был облачен в элегантную форму бежевого цвета, не менее элегантно выглядел военный атташе подполковник Калли.
Надпоручик Ярош, возглавивший роту почетного караула, скомандовал: «Оружие на кра-ул!», и начищенные и наглаженные бойцы в касках четко выполнили команду. Генерал похвалил: «Такой почетный караул я еще не видел».
Реакционные элементы, которые после выступления Готвальда немного притихли, снова оживились. Приезд генерала был для них как нельзя кстати. Поползли слухи, что часть будет переброшена на Средний Восток. Больше того, готовилась даже депутация, которая должна была попросить министра отослать чехословацкую часть в Палестину или прямо в Англию.
