Кардинал де Бурбон, хотя и жаждавший брака между племянником и Марго, в приступе излишнего благочестия отказался проводить церемонию без разрешения папы. Наконец Екатерина вышла из терпения и решила провести Бурбона. Она показала ему поддельную бумагу, якобы пришедшую от французского посла в Риме, гласившую: разрешение получено, бумаги вскоре прибудут с курьером. Затем велела, чтобы границы близ Лиона были закрыты до окончания церемонии, дабы противоположное сообщение из Рима никак не просочилось. Кардинал поддался на уловку и согласился венчать Генриха и Марго.
К этому моменту в городе буквально искры сыпались от религиозного и политического напряжения. Пришли вести, что Колиньи сразу же после церемонии уедет, ибо его жена на сносях и может родить в любой момент, а он хотел бы посетить ее перед экспедицией в Нидерланды. Король также ждал первого ребенка от Елизаветы Австрийской, устроившейся в Фонтенбло, в сельской тиши. Карл решил покинуть город, напоминавший пороховую бочку, как можно скорее и распорядился приостановить деятельность всех учреждений до конца праздников, то есть до воскресенья, 24 августа. А 26 августа двор покинет Париж.
Утром 18 августа 1572 года девятнадцатилетняя невеста готовилась к церемонии. Она провела ночь в епископском дворце возле собора Нотр-Дам. Чем ближе становился день свадьбы, тем меньше интереса проявляла к ней Марго. Екатерина спросила дочь, еще в апреле, согласна ли та выйти за Генриха Наваррского — то был сугубо формальный вопрос, требовавший столь же формального согласия. Марго позже вспоминала об этом: «У меня не было ни воли, ни выбора, кроме ее собственных, и я умоляла ее запомнить, что моя католическая вера крепка». Девушка приходила в ужас при мысли, что надо будет оставить блестящий двор и удалиться жить в Нерак, в дикие земли, в заточение к гугенотам. Это непосредственное дитя забав, флирта и моды боялось быть похороненной заживо во владениях супруга. Теперь, когда Жанна скончалась, Марго стала немного спокойнее: возможно, ей удастся очаровать суровых подданных мужа и внести веселье в жизнь королевского двора Наварры. Хорошо зная свою мать и боясь ее, Марго не питала иллюзий относительно своего будущего. Случись в дальнейшем религиозные конфликты, лагерь ее мужа не станет доверять ей, да и ее собственная семья тоже. Так что придется ей стать изгнанницей, если этот брак окажется вовсе не той цементирующей силой, как было рассчитано. Как ни слабо Марго была привязана к матери и старшим братьям, все же она боялась оказалась покинутой ими.
В понедельник, 18 августа 1572 года, Марго, одетая в сверкающее драгоценностями платье, корону с опушкой из горностая и синюю мантию со шлейфом длиной в тридцать футов, который несли три принцессы, стала королевой Наваррской. Она вспоминает, как величественно выглядела в тот день, надев «все драгоценности королевского дома». Сопровождаемая с двух сторон братьями, королем Карлом IX и герцогом Анжуйским, невеста прошла на специально сооруженный помост возле собора, где проходила первая часть церемонии. Марго «до последнего молча боролась: хотя и не сопротивлялась, но и не давала согласия». Когда она появилась на помосте вместе с братьями, Генрих Наваррский поднялся на возвышение с другой стороны в сопровождении Анри Конде и нескольких вельмож, включая адмирала де Колиньи. По случаю свадьбы и жених, и братья невесты были одеты в одинаковые одежды из палевого шелка, расшитые серебром. Анжуйский, не в силах противостоять желанию украсить свой костюм еще пышнее, добавил себе ток с перьями и тридцатью жемчужинами. Королева-мать снова, как и для свадьбы Карла, сменила черное одеяние — на темно-фиолетовое платье из парчи.
Прозвучали фанфары, возвещавшие о прибытии жениха с невестой и королевской семьи, и все стихло; толпа молча созерцала первую часть бракосочетания. Пара преклонила колени перед кардиналом де Бурбоном. Генрих, в ответ на заданный ему вопрос, согласен ли он взять в жены Марго, ясно ответил: «Да». Кардинал спросил Марго, согласна ли она взять в мужья Генриха, но принцесса молчала. Тот задал вопрос еще раз, но ответа не последовало. Наконец король, взбешенный этим неуместным упрямством, подошел к сестре и резко склонил ее голову, как будто она кивнула, соглашаясь, и вернулся на свое место. Так Марго стала женой Генриха.
Хотя сама Марго всегда отрицала эту версию событий, записанную историком Давилой и другими, позже это стало решающим фактором, позволившим ей добиться аннулирования брака: она не давала своего добровольного согласия! Потом Генрих подвел Марго к герцогу Анжуйскому, которого выбрали заместителем жениха для церемонии внутри собора, где вся остальная семья прослушала праздничную мессу.
