Эхо древних богов полностью

— Какая-какая! Такая, что на небе висит, круглая и холодная! Мы, крысолюды, с древних времен знаем, что на Луне живёт двухголовый Король Крыс, один из наших древнейших богов! Он вечно за нами оттуда следит. И попасть на Луну можно через это подземелье, да! Или вы хотите встретиться с Королем Крыс лицом к лицу? Я точно не хочу!

Самсон устало вздохнул, покачав головой:

— Кажется, ты опять что-то придумываешь, как в тот раз с Черным Принцем. Но сам факт, что на трезубце есть надпись — это важно. Это ведь настоящая подсказка! Кто знает, вдруг она поможет нам понять, как попасть внутрь пирамиды?

Глезыр дернулся, глаза его метались из стороны в сторону, пока он пытался найти новые доводы, чтобы удержать капитана:

— А я говорю, что лучше туда не лезть! Лучше вообще затопить этот трезубец в море или закопать его поглубже в землю, чтобы никто и никогда его больше не нашёл!

Самсон строго посмотрел на крысолюда и покачал головой:

— Нет, Глезыр. Мы дойдем до конца. Через пару дней мы отправимся к пирамиде, нужно закончить с приготовлениями. А пока постараемся разгадать эту головоломку.

В этот момент, укрывшись в тени одного из строений, за ними молча наблюдала Элиара с ожерельем в руках. Ее сердце бешено стучало, а пальцы дрожали. Она услышала разговор про надпись на трезубце и теперь едва сдерживала рвущийся из груди страх.

Элиара вышла за пределы частокола, выбирая место, где можно уединиться подальше от взглядов команды. В густых зарослях, среди влажных листьев, она крепко сжала в руках жемчужное ожерелье и прошептала:

— Сиарлинн, ты слышишь меня?

Голос эльфийки эхом раздался у неё в голове, холодный и насмешливый:

— Как успехи, дитя?

Элиара опустила взгляд на землю и тяжело вздохнула:

— Я подвела тебя. Подсказка оказалась на трезубце мертвого царя акулоидов, да еще и написана на языке крысолюдов! Я не могла предугадать такое.

Эльфийка издала раздраженный звук, похожий на хриплое шипение:

— Ты нас серьёзно подводишь. Если бы я знала, что всё так обернётся, то утопила бы ваш корабль ещё на подходе к этому берегу. И не пришлось бы иметь дело с твоими неудачами.

Элиара от этих слов задрожала, чувствуя, как внутри нее нарастает страх:

— Что же мне теперь делать?

Сиарлинн словно усмехнулась, в голосе ее прозвучала насмешка:

— Что делать? Не дать им попасть в пирамиду. Любой ценой, дитя! Никто не должен пробудить то, что там находится. Это угрожает нашим замыслам и планам Аммониса. Если ты действительно хочешь стать одной из нас, то не должна допустить их успеха.

Элиара робко поинтересовалась, чувствуя, как её голос дрожит:

— А что насчёт силы, которую ты обещала мне? Когда я смогу ощутить её в полной мере?

Эльфийка ответила хитро, в её голосе прозвучало едва уловимое веселье:

— Будет тебе сила, да столько, что ты и не мечтала, лишь бы совладать с ней смогла. Но только в экстренной ситуации. Пока я не вижу ничего такого, с чем ты не могла бы справиться своими руками, дитя.

Чародейка крепче сжала ожерелье, пытаясь найти уверенность:

— Я клянусь, что больше не подведу. Я не позволю им проникнуть в пирамиду. Кроме того, подсказка выглядит как бессмыслица. Может быть, они так и не поймут, что она означает.

В этот момент Элиару посетило странное пульсирующее ощущение, исходящее от жемчужин в её руках. В её сознании вспыхнули воспоминания о том, как на кристаллическом острове она едва не растворилась в мощной магической энергии, в какой-то древней и безжалостной силе. Сейчас пульсация была похожей на ту, но более сдержанной, как слабое эхо, которое только начинало нарастать.

На миг чародейке показалось, что жемчужины в ожерелье слегка теплеют, как будто в них пробуждается нечто древнее. Это ощущение заставило её содрогнуться — Элиара не знала, что именно скрывается за таинственным союзом с подводными эльфами, но чувствовала, что её втягивают в нечто гораздо более зловещее, чем она себе представляла.

Она стиснула зубы и заставила себя сохранять спокойствие. Теперь пути назад не было. Она должна была любой ценой помешать Самсону и остальным разгадать тайну пирамиды.