— Я сделаю всё, что в моих силах, госпожа, — пообещала Элиара, с трудом сдерживая дрожь.
Но её тихое шептание привлекло внимание Глезыра. Крысолюд подозрительно прищурился, направив на неё острый взгляд:
— С кем это ты шепчешься, ведьма? Опять что-то затеваешь?
Элиара, быстро оправившись, ответила с раздражением:
— Молюсь древним богам, крыса! А что, нельзя? Или ты думал, что молиться можно только за крысиное счастье?
Глезыр фыркнул, но промолчал, а Торрик, который как раз подошёл к телу царя акулоидов, поднял трезубец и с восхищением сказал:
— Посмотрите только, какая находка. Мифрил — это вам не шутки! Мы обязательно сделаем из него нечто полезное. Это настоящее сокровище, а не просто бронзовый хлам!
Элиара напряжённо следила за этим разговором, её мысли метались от злости к страху. Она знала, что теперь будет ещё труднее исполнить приказ Сиарлинн, но пообещала себе, что справится, во что бы то ни стало. Ведь теперь у неё было её ожерелье, через которое она могла держать связь с древней силой.
А над полем боя, залитым светом восходящего солнца, витал смешанный запах победы и тревоги, словно сама природа понимала, что война была далеко не окончена.
Похоронив павших с почестями и разорив лагерь акулоидов, поредевшая армия отправилась в обратный путь под ярким палящим солнцем. Жара была невыносимой, пот струился по лицам, а гоблины, довольные, несмотря на усталость, кричали о великой победе:
— Великая победа! Розовый гоблин и зеленый гоблин победили! Мы теперь жить мирно!
Самсон шел во главе отряда, обсуждая с Драгомиром прошедший бой:
— Отличная работа, боцман. Ты поразил царя белоголовых в честном бою, и теперь они нас точно запомнят.
Драгомир благодарно кивнул, но добавил с сомнением:
— А ты думаешь, они теперь точно от нас отстанут? Это как если на материке убить предводителя пиратов — всегда появляется новый, ещё хуже старого. Может, и тут так же?
Капитан размышлял, глядя вдаль, на волнующуюся зелень джунглей.
— Возможно, это даст нам немного времени. Если у них что-то вроде федерации племён, то смерть вождя может вселить в них страх и вызвать внутренние раздоры. Но надолго ли этого хватит, неизвестно.
Лаврентий, тяжело опираясь на посох, вмешался в разговор:
— Я согласен с боцманом, капитан. Рано или поздно у акулоголовых появится новый лидер, готовый отомстить за поражение и объединить племена. И может, их ненависть к нам станет ещё сильнее.
Галвина, которая шла рядом и поправляла на себе кольчугу, задумчиво добавила:
— Страх, конечно, никуда не денется. Они явно не ожидали столкнуться с таким боем — пороховым оружием, стратегией, и да, магией. Но страх — плохой союзник, он может стать и стимулом для новых атак.
Элиара, шедшая позади, фыркнула, нервно перебирая пальцами ожерелье, спрятанное под накидкой, и добавила:
— И с магией, конечно! Они тоже почувствовали силу.
Она нервничала, пряча волнение за раздражённым тоном. Элиара ощущала, как её мысли сжимаются в тугой комок. Она внимательно следила за процессом обыска тела царя белоголовых, но так и не нашла ничего, что могло бы быть похоже на подсказку о Нексусе.
«Может быть, Сиарлинн ошиблась? — думала она, прокручивая в голове все события. — Или акулоиды давно потеряли эту подсказку? А может, они осознали её важность и спрятали где-то в тайном месте, куда никто не доберётся?»
Она стиснула зубы, чувствуя, как её терпение истощается. «Но если они что-то знают и прячут это… Я должна узнать. Я обязана сделать это для Сиарлинн и для самой себя. Я должна доказать, что могу справиться»
Торрик шёл, не отводя глаз от мифрилового трезубца, который всё вертел в руках, как драгоценную игрушку. Он то прятал его, то снова доставал, любуясь холодным блеском металла:
— Вот что я тебе скажу, кэп. Этот трезубец — не просто оружие. Мифрил сам по себе на вес золота, но обработка… Удивительно, как такие дикари смогли изготовить что-то подобное. Будто у них были знания… древние, забытые знания. Может, даже те, что и нам помогут разгадать тайны этого острова.
Самсон бросил взгляд на трезубец, прищурившись:
— Интересная мысль, Торрик. Да только вот, кто нам ответит на эти вопросы? Белоголовые уже не ответят… А значит, придётся искать ответы самим.
Слова капитана лишь добавили Элиаре напряжения. Она понимала, что поиски продолжатся, что всё ближе и ближе момент, когда они захотят пойти к той самой пирамиде. А там — неизвестность, возможные открытия, которые могли бы навеки изменить весь мир… или уничтожить его.
Они шли дальше, оставляя позади разрушенные укрепления белоголовых, но осознание того, что пока они лишь прикоснулись к вершине тайн этого места, давило на всех участников экспедиции.
Торрик собирал плавильню из камней, аккуратно выкладывая булыжники один за другим, будто возводил нечто большее, чем просто печь. Глезыр, усевшись на пенёк и смачно прищуриваясь, свертывал дурелист в сигарету и рассказывал гному, как в бою он ловко уворачивался от атак белоголовых акулоидов, и как поразил одного из них рапирой прямо в глаз.