— Если меня никто не трогает, — ответил Торрик, глядя вперёд, где виднелись очертания «Двух пальм», — то и моя секира никого не тронет. Но если кто-то решит проверить, насколько крепок мой череп, я буду рад устроить ему сюрприз.
Элиара улыбнулась, слушая этот обмен мнениями, но в её взгляде сквозила осторожность. Она понимала, что здесь, на Атоллии, любое неосторожное слово или жест могут обернуться неожиданными последствиями.
Вскоре они подошли к постоялому двору «Две пальмы». Над входом вилась облупившаяся деревянная вывеска с двумя нарисованными пальмами, а под самой вывеской в луже лежал пьяный пират, которого судорожно рвало. Его приятель, тоже едва стоявший на ногах, смеялся, хлопая его по спине и, видимо, находя в этом процессе нечто чрезвычайно забавное.
— Ух, какое гостеприимство, — заметил Лаврентий, морщась от запаха рвоты и перегара, но стараясь держаться учтиво.
— Добро пожаловать в Атоллию, святой отец, — ухмыльнулся Самсон, толкнув дверь. — Тут не всегда встречают с букетом роз.
Они вошли внутрь и уселись за массивный деревянный стол, вокруг которого легко могло разместиться их пёстрое сборище. Атмосфера постоялого двора была такой же шумной и беспокойной, как и порт снаружи, а обслуживала гостей смуглая черноволосая девушка с хитрыми быстрыми глазами, что пробегали по каждому из вошедших, мгновенно оценивая их статус и намерения.
— Ну что ж, раз уж мы здесь, предлагаю отметить прибытие в наш первый пункт назначения, — заявил Самсон, снимая шляпу и кладя её на стол. Он кивнул девушке, и та подошла поближе, ловко держа поднос. — Нам всем эля из тропических фруктов! Я угощаю.
— Эль с тропическими фруктами, говорите? — Лаврентий поднял брови, явно удивлённый необычным предложением. — Я никогда не пробовал ничего подобного. Интересно будет узнать, чем же оно отличается от нашего, материкового.
— Поверь мне, Лаврентий, — сказал Самсон, подмигнув, — разница огромная. Но лучше один раз попробовать, чем сто раз услышать.
Напитки прибыли быстро, и команда радостно взяла в руки кружки. Эль оказался насыщенного янтарного цвета, от него исходил аромат ананасов, цитрусов и лёгкий оттенок специй. Друзья сделали первый глоток, и на их лицах засияли удивлённые улыбки: вкус был необычным, но приятным, с лёгкой кислинкой и сладостью экзотических плодов.
— Итак, слушайте меня внимательно, — начал капитан, отставив кружку и оглядывая своих людей. — Сегодня все отдыхают, набираются сил. А завтра я отправлюсь в крепость в скалах, чтобы пообщаться с Бессердечным Алриком или его заместителями. Нам нужно получить знамя Черного Сердца. Без него в этих водах делать нечего.
Галвина оторвалась от своего напитка, нахмурилась и спросила:
— Что за знамя такое, капитан?
Самсон усмехнулся и провёл пальцем по краю кружки, словно проверяя её гладкость.
— Это такой небольшой флаг, Галвина. Символ, который мы привяжем к мачте. Все, кто увидит его, поймут, что мы под протекцией Черного Сердца. Без такого знамени здесь нельзя чувствовать себя в безопасности. Это своего рода гарант мира и безопасности от крупных пиратских банд. Если его нет — значит, корабль — лёгкая добыча. А с флагом нас могут тронуть разве что самые отчаянные или безумные.
Элиара кивнула, делая ещё один глоток. Её взгляд был сосредоточенным, словно она размышляла о тайнах этого мира, но губы едва заметно улыбались от аромата напитка.
Самсон лишь пожал плечами, улыбаясь уголками губ, словно знал нечто такое, о чём пока не хотел говорить. В неопределённом ожидании был свой особый шарм, словно весь этот остров — с его людьми, тропическими лесами и скрытыми опасностями — был лишь очередным испытанием на их пути.
Торрик, сидя в углу постоялого двора «Две пальмы», с интересом рассматривал внушительный ряд трубок и свертков с табаком, выложенных перед ним на столе. В воздухе витал аромат пряного и терпкого дыма, смешиваясь с запахами тропических фруктов и горячего эля. Гном вдыхал этот аромат, словно изучая каждую нотку, затем набил свою трубку новым сортом, прикурил и выпустил струю дыма, которая закрутилась в спираль.
— Это… неплохо, — сказал Торрик, выпустив кольцо дыма и оценивающе кивая. — Табак у них тут, хоть и грубоват, но со своим характером.
Рядом сидящий Гругг наклонился к гному, обнюхивая его трубку с любопытством, глаза его блестели, как у ребёнка, которому показали редкое угощение.
— Огры тоже любят курить, если есть чего, — сообщил он, внимательно наблюдая, как Торрик наслаждается процессом.
Гном усмехнулся, глядя на восторженное лицо огра.
— Ладно, маленький наш повар, — пробурчал он, делая вид, что предлагает нехотя. — Держи, попробуй, только не проглоти трубку целиком! — Он протянул Груггу трубку, и тот осторожно взял её в свои огромные руки.
Гругг поднёс трубку к губам, сделал глубокую затяжку и с силой выпустил дым так, что на мгновение весь стол окутался белесой дымкой. В глазах огра вспыхнуло удовлетворение, и он довольно ухмыльнулся.
— Хороший дым! — признал он, возвращая трубку Торрику. Гном только хмыкнул и снова закурил.