Ещё снега лежали плотно,Морозец знатный лёд ковал,Сил Силыч вышел неохотноНа двор. Надысь затосковалОн было, вспомнив прожитое,На печке лёжа, да решил,Что греть бока — весьма пустое,Не Божье дело, и открылСил сараюшку, поднял пешню,Да сеть рыбацкую и — в путь.К реке он шествовал неспешно,Чтоб наловить чего-нибудь,Сварить ушицы… много-ль надоОт жизни этой старику?Ведь каждый день ему в награду,Лишь не сомлеть бы на боку!И вот уж он сетчёнку ладит,Дымится прорубь, знобок день,Но солнце мартовское шкварит,Синичий слышен «динь-ди-лень»…Два раза тянет Силыч сети,Но пусто в них, ни окушка.На льду речном резвятся дети —Мальцы соседей с два вершка.Они катаются, хохочут,Пугают рыбу подо льдом,А дед лишь мокрой сетью мочитСвою одёжу поделом.Он третий раз её спускаетВ объятья хладные водыИ сразу тяжесть ощущает,Ещё не ведая беды.Сил тянет сеть, добыча близко,Вот показалась надо льдом…Да рыба ль это? ВасилискаОн снастью вытащил дуром?Лик нежный спящего ребёнка,И ручки скрещены под ним,А ниже — хвост. Дед крякнул звонко:«Вот это, я скажу, налим…»Потом немного поморокал…Да ведь по внешности — дитя,Сеть кое-как в котомку скомкал,И стал, минуту погодя,Согреть пытаться это диво,Что сетью вытащил на свет.«Смотри-ка, как она красива,Жаль, ножек у русалки нет!»Тут детвора к нему с наскока,Мол, деда, покажи улов…А Сил им: «Никакого прокаВ рыбалке не было». И словНе стал он тратить с ними боле,К избе поспешно зашагал,Неся в запазушной неволеРусалку спящую. МешалЕму железной пешни шкворень,Он кинул в снег его и сеть,Бегом, как юноша проворен,Смог брега кручу одолеть…<p>Глава III</p>
