— С вашего позволения, мадам, — сказал он и, не дожидаясь моего позволения, взял мешок и вынул из него мертвую курицу. Ее шея свесилась, открывая огромную кровавую дыру на месте глаза — точнее, двух глаз. Беззвучно присвистнув, Морган остро глянул на Джейми: — Вы специально так выстрелили?
— Я всегда стреляю в глаз. Не хочу портить мясо, — вежливо ответил Джейми.
По лицу полковника Моргана расплылась улыбка.
— Пойдемте со мной, мистер Фрэзер, и возьмите свою винтовку.
Тем вечером мы ужинали у костра Дэниела Моргана. Наевшись тушенной с овощами курятины, мужчины произносили тосты и поднимали кружки с пивом в честь пополнения в их компании избранных. Мне так и не удалось наедине поговорить с Джейми после того, как его увел Морган, и теперь я удивлялась, чем он вызвал столь уважительное отношение к себе. Впрочем, Джейми чувствовал себя в компании стрелков довольно непринужденно, хотя и поглядывал время от времени на Моргана тем особым взглядом, который означал, что он еще не принял окончательного решения.
Зато я была довольна. Стрелки из винтовки сражаются на расстоянии, причем на расстоянии более значительном, чем те, кто стреляет из мушкета. Они слишком ценны, и командование не любит рисковать ими в ближнем бою. Все солдаты подвергаются опасности, однако некоторые виды войск — сильнее прочих. Джейми — прирожденный игрок, и я мирилась с этим, но все же мне хотелось, чтобы у него было больше возможностей для выигрыша.
Большинство стрелков принадлежало к «неутомимым охотникам», других называли «пришедшими из-за гор», так что жен они здесь не имели. У некоторых, впрочем, жены были, и я познакомилась с одной из них при помощи нехитрой уловки — восхитившись ее ребенком.
— Миссис Фрэзер? — спросила пожилая женщина, садясь на бревно рядом со мной. — Вы лекарка?
— Да. Еще меня зовут Белая ведьма, — любезно ответила я.
Это заставило их податься назад, но запретный плод сладок, и к тому же, что такого я могла сделать в центре военного лагеря, среди их вооруженных до зубов мужей и сыновей? Вскоре я уже раздавала советы обо всем подряд, начиная от менструальных болей и заканчивая коликами. Джейми широко ухмылялся, посмеиваясь над моей популярностью, и я помахала ему рукой.
Мужчины продолжали пить, время от времени хрипло смеясь, затем кто-нибудь что-нибудь рассказывал, и все снова смеялись. А потом вдруг настроение резко поменялось; я оторвалась от обсуждения опрелостей и посмотрела в сторону костра.
Дэниел Морган медленно поднялся на ноги, остальные мужчины завороженно на него смотрели. Хочет произнести речь, приветствуя Джейми?
— О боже, сейчас опять покажет, — сказала стоявшая позади меня миссис Грэм.
Я не успела спросить у нее, что именно он сейчас покажет.
Морган вразвалку вышел в центр сборища и встал, покачиваясь, как старый медведь. Длинные седые волосы колыхал исходящий от костра поток горячего воздуха, глаза смотрели дружелюбно — на Джейми.
— Посмотрите-ка, мистер Фрэзер. — Он взялся за край длинной шерстяной рубахи и сорвал ее через голову. Бросив рубаху на землю, раскинул руки в стороны, словно танцор балета, и принялся медленно поворачиваться.
Все ахнули, хотя, со слов миссис Грэм, большинство уже видели это. Его спина от шеи до талии была испещрена шрамами; не нашлось бы и квадратного дюйма нетронутой кожи. Проняло даже меня.
— Это сделали англичане, — непринужденно заметил он, поворачиваясь и опуская руки. — Четыреста девяносто девять ударов хлыстом. Я считал. — Все разразились смехом, Морган ухмыльнулся. — Назначили пятьсот, да палач просчитался. А я ему не подсказал.
Снова смех. Похоже, это представление публика любила. Под веселые возгласы и тосты Морган сел на прежнее место.
Лицо Джейми ничего не выражало, но плечи расслабились. Он уже составил мнение о Дэне Моргане.
Джейми опасливо приподнял крышку моего маленького железного котелка.
— Это не еда, — сообщила я, хотя и без надобности — Джейми задышал часто и хрипло, как человек, случайно глубоко вдохнувший хрена.
— Надеюсь… — кашляя и вытирая глаза, сказал он. — Боже мой, саксоночка, ты хочешь кого-то отравить?
— Да.
— А еда у нас есть? — опустив крышку на место, жалобно спросил Джейми.
— Вообще-то есть. — Из стоявшего у моих ног деревянного ведра, накрытого тканью, я торжественно достала мясной пирог с золотистой хрустящей корочкой, блестящей от жира.
На лице Джейми отразились чувства, которые мог испытывать израильтянин, обретший землю обетованную. Он протянул руки и осторожно, словно драгоценность, взял пирог. Впрочем, выражение его лица поменялось, стоило ему откусить от пирога.
— Где ты взяла его? Там еще есть? — прожевав кусок, спросил Джейми.
— Есть. Мне принесла их славная проститутка по имени Дейзи.
Джейми перестал жевать и принялся придирчиво разглядывать пирог, словно пытаясь обнаружить на нем следы той, кто его стряпал, но потом пожал плечами и снова откусил.
— Нужно ли мне знать, что ты для нее сделала, саксоночка?
