Я выглянула в окно. Внизу на улице стояла горстка мальчишек и зевак, хлопающих в ладоши и кричащих что-то одобрительное. На другом конце улицы я увидела очень большую лошадь. Не рабочая лошадка, а здоровенный жеребец, ростом примерно в семнадцать ладоней[117], на мой неискушенный взгляд.
На лошади ехал невысокий мужчина. Он сидел очень прямо и по-королевски не обращал внимания на приветственные возгласы толпы. Мужчина остановился прямо под нами, повернулся и достал из-за седла деревянный квадрат. Встряхнул его — и тот развернулся в лестницу. Один из мальчишек тотчас же бросился к мужчине, чтобы поддержать конец лестницы, пока Белл — а это был именно он — спускался по ней под рукоплескания прохожих. Он бросил монетку мальчишке, державшему лестницу, еще одну — другому мальчишке, подхватившему поводья, и исчез из виду.
Несколько мгновений спустя он вошел в главную залу, снял треуголку и изящно поклонился под приветственные возгласы обедающих.
— Энди Белл! — подняв руку, крикнул Джейми.
Его звучный голос перекрыл гул толпы, и мужчина удивленно повернул голову к нам. Я словно зачарованная глядела, как он идет к нам, а его лицо расплывается в широкой улыбке.
Не знаю, родился ли он карликом или же стал таким в юности из-за недоедания и сколиоза. Его ноги были слишком коротки по отношению к верхней части тела, плечи сгорблены, рост едва достигал четырех футов, а когда он проходил мимо столов, над столешницами виднелась лишь его макушка, прикрытая модным париком.
Но все это отошло на задний план, когда он приблизился и я увидела еще более удивительный аспект его внешности. У Эндрю Белла был самый большой нос, какой я когда-либо видела, — а в своей насыщенной событиями жизни я повидала немало выдающихся носов. Этот нос начинался между бровей и почти сразу загибался вниз, словно природа собиралась наградить Белла профилем римского императора. Однако в процессе что-то пошло не так, и к многообещающему началу прилепилось нечто напоминающее маленькую картофелину, бугристую и красную, привлекающую к себе взгляд.
И не только мой, как оказалось: когда Белл был уже недалеко от нас, сидящая за соседним столиком девушка увидела его, ахнула и закрыла рот ладонью, что ничуть не помешало расслышать ее хихиканье.
Белл тоже услышал ее. Достал на ходу из кармана огромный накладной нос из папье-маше с багровыми звездами, приложил его к своему собственному и прошел мимо девушки, холодно глядя на нее.
Джейми, улыбаясь, поднялся и протянул руку маленькому печатнику.
— Дорогая, позволь представить тебе моего друга, мистера Эндрю Белла. Энди, это моя жена Клэр.
— Рад знакомству, мадам, — сказал Белл, убрав накладной нос и низко поклонившись. — Где ты раздобыл подобную редкость, Джейми? И что эта хорошенькая девушка делает в компании такой неотесанной деревенщины, как ты?
— Она вышла за меня замуж после того, как я описал ей все прелести моего печатного станка, — съязвил Джейми, садясь и жестом предлагая Энди Беллу сделать то же самое.
— А! — сказал Энди, кинув пронзительный взгляд на Джейми, а тот поднял брови и распахнул глаза. — Хм. Вижу, ты побывал в магазине. — Он кивнул на мою сумочку, из которой торчал верх купленной брошюры.
— Мы побывали, — поспешно уточнила я, вынимая брошюру. Навряд ли Джейми собирался раздавить Энди Белла, словно жука, за слишком вольное обращение с его печатным станком. Однако о его отношении к «Бонни» я узнала совсем недавно и не была уверена, насколько далеко может завести его уязвленное чувство собственника.
— Отличная работа, — искренне похвалила я брошюру Белла. — Скажите, сколько образцов вы использовали для нее?
Он похлопал глазами, но ответил с охотой. Завязался приятный, хоть и несколько шокирующий разговор о сложностях препарирования в теплую погоду и о применении солевого раствора и спирта в качестве консервантов. Люди за соседними столиками торопливо заканчивали обед и уходили, бросая на нас испуганные взгляды. Джейми откинулся на спинку стула и добродушно, не мигая, смотрел на Энди Белла.
Но маленький гравер не выказывал ни малейшего неудобства от пристального, как у василиска, взгляда Джейми. Он рассказывал мне о пробном выпуске энциклопедии: король увидел раздел «Чрево» и приказал вырвать эти страницы из книги, невежественный болтливый немец! Подошел официант, и Белл заказал весьма дорогое вино и большую бутыль хорошего виски.
— Вы собираетесь запивать тушеные устрицы виски? — не выдержав, воскликнул удивленный официант.
— Нет, — вздохнул Белл, снимая парик. — Компенсация за внебрачное сожительство — кажется, так называется использование услуг чьей-либо возлюбленной.
Официант перевел удивленный взгляд на меня, покраснел и, поперхнувшись, ушел.
Джейми сузившимися глазами смотрел на друга, который с вызывающим видом мазал масло на хлеб.
— Виски будет недостаточно, Энди.
Энди Белл вздохнул и почесал нос.
— Что ж, тогда скажи, чего ты хочешь.
