— Под землей с телом происходит то же самое, — сказала я. — Однажды это произойдет и с нами.
— Ну да, — признал Джейми, беря очередную булочку и накладывая на нее побольше сливок. — Но все обычно скрыто от взглядов, так что об этом не обязательно думать.
— Генерал тоже укрыт от взглядов, — несколько резковато возразила я. — Мы засыпали его отрубями, и, если не ворошить их, никто ничего не увидит.
— Отличная мысль, — одобрил Йен, сунув в джем палец. — Это ведь Эдинбург. Здесь очень часто крадут тела — все доктора хотят разрезать их для исследований. Может, стоит приставить к генералу охрану, чтобы довезти его в целости, со всеми частями тела? — Он сунул палец в рот и, подняв брови, посмотрел на меня.
— Охрана уже есть, — сказала я. — Энди Белл предложил ее выставить, и по той же самой причине.
Белл сам хотел забрать тело генерала, но я в недвусмысленных выражениях объяснила ему, что с ним станет, если генерал пропадет. Говорить об этом Джейми и Йену я не стала.
— Значит, Энди помогал тебе в твоей работе? — полюбопытствовал Джейми.
— Да. И действительно очень помог. — Я не собиралась упоминать, о чем мы с Беллом разговаривали, пока Джейми не выпьет по меньшей мере пинту виски, но момент оказался уж больно подходящим, и я сказала: — Пока мы работали, я ему рассказывала об интересных хирургических и медицинских случаях, ну и…
Йен пробормотал себе что-то под нос об упырях от пера, но я не обратила на него внимания.
— И? — настороженно спросил Джейми; он чувствовал — назревает что-то серьезное.
Я набрала в грудь воздуха.
— В общем, он предложил мне написать книгу. По медицине.
Джейми медленно поднял брови, но кивнул мне, предлагая продолжать.
— Нечто наподобие справочника для обывателей, не для докторов. О правильной гигиене и питании, о том, как распознать рядовые болезни, как сделать простые лекарства, как обращаться с ранами и больными зубами — все в таком роде.
Джейми задумчиво кивал, жуя булочку. Проглотив ее, он сказал:
— Хорошая книга получится, и кому, как не тебе, ее писать? А он, случайно, не сказал, сколько будет стоить напечатать ее и сшить?
Я выдохнула и сказала:
— Он сделает триста копий, максимум по сто пятьдесят страниц в коленкоровом переплете, и будет продавать их в своем магазине — в обмен на те двенадцать лет, что он пользовался твоим печатным станком.
Джейми выпучил глаза и покраснел.
— А еще он бесплатно дал личинок. И охрану, — поспешно добавила я и поставила перед ним стакан с портвейном. Джейми схватил его и опорожнил одним глотком.
— Мелкий грабитель! — сказал он и спросил взволнованно: — Надеюсь, ты ничего не подписывала?
Я покачала головой.
— Я сказала, что ты, скорее всего, сам захочешь обсудить это с ним.
— А. — Лицо Джейми приняло обычный оттенок.
— Мне очень бы хотелось написать книгу, — сказала я и опустила взгляд на сцепленные в замок руки, лежащие на коленях.
— Тетушка, ты никогда не говорила, что хочешь написать книгу, — удивился Йен.
— Просто я никогда об этом не думала. И пока мы жили в Ридже, было бы слишком сложно и дорого.
— Дорого, — пробормотал Джейми и налил еще портвейна. На сей раз он пил вино медленно, и время от времени на его лице отражалось мнение по поводу вкуса портвейна.
— Саксоночка, ты и правда этого хочешь? — спросил он наконец и в ответ на мой кивок со вздохом поставил стакан. — Хорошо, — обреченно произнес он. — Но у тебя будет специальное издание в кожаной обложке с позолоченными уголками. И книг будет пятьсот, а не триста. Ты ведь наверняка захочешь взять часть книг в Америку, — пояснил он в ответ на мой ошеломленный взгляд.
— Да, хотелось бы.
— Значит, решено. — Он позвонил в колокольчик, вызывая служанку. — Прикажи девушке убрать это убожество и принести приличного виски. Мы выпьем за твою будущую книгу, а потом я пойду и поговорю с мелким негодяем.
Передо мной лежала пачка хорошей бумаги, штук пять прочных гусиных перьев, серебряный нож для их заточки и гостиничная чернильница — помятая, но наполненная лучшими, как уверял управляющий, чернилами из чернильных орешков. Йен и Джейми на неделю уплыли во Францию, проверить кое-какие интересные сведения, полученные от мадам Жанны. Я осталась присматривать за генералом и писать книгу. Времени у меня было предостаточно.
Я придвинула ближе лист бумаги, чистый, сливочно-белый, и зудящими от нетерпения пальцами обмакнула в чернила перо. На миг прикрыла глаза. С чего начать?
«Начни с начала и продолжай, пока не дойдешь до конца. Тогда остановись», — всплыли в памяти строки из «Алисы в Стране чудес», и я улыбнулась. Хороший совет — но только если знаешь, где начало.
Я задумчиво покрутила меж пальцев перо.
Может, составить план? Разумная мысль, и не так страшно, как сразу начать писать. Я опустила перо, подержала его над бумагой и снова подняла. У плана тоже должно быть начало, ведь так?
Чернила на кончике пера начали сохнуть, я резко вытерла их и уже хотела снова окунуть перо в чернильницу, но в дверь постучалась служанка.
— Миссис Фрэзер? Вас спрашивает какой-то джентльмен. Он ждет внизу.
