— Может? Ты и вправду хочешь потратить кучу денег на переезд через две страны и обратно, чтобы три минуты поучаствовать в конкурсе, не будучи уверенным в успехе?
— Ну почему не будучи… — не очень смело протянул Григорич. — А вдруг повезет.
Рита опустилась на стул и отвела взгляд в сторону. Муж присел на корточки и охватил руками полноватые ноги жены.
— Они устали, — вздохнула Рита, показывая на налитые ступни.
— Хочешь, разотру их «Силой лошади», — предложил Григорич.
— Я отдохнуть хочу, а не участвовать в скачках, — съязвила жена. — Ирочка вон как кашляет, за ней уход нужен. А Кира в школе с Софией какого-то мальчика побили — мать к директору вызывают.
— Пусть Машка пойдет, — буркнул Григорич.
— А где она, наша Машка? — разведя руками, воскликнула Рита.
— Не наша, а твоя. По городу с Вованом бегают — уголок укромный ищут. Зов предков, етит.
— Ты снова начинаешь?
Григорич ничего не хотел начинать и потому молчал, хмурясь и стискивая зубы, лишь только играющие желваки на щеках выдавали его сердитость.
— От того что ты насупился, — заметила Рита, — легче не станет. Ну, повесили на нас детей, в первый раз что ли? Короче, езжай в свою Москву, я сама справлюсь.
Рита вскочила с кресла на хриплый окрик Ирочки из соседней комнаты, но споткнувшись о ножку комода, плашмя грохнулась на пол и больно ударилась бедром. Григорич подскочил уже поздно и только хотел поднять жену, как та нервно отбросила его руку. Он понял, что никуда уже не едет, но помог жене встать и усадил ее в кресло. Рита не давала себя обнять, и Григорич молча вышел из комнаты. Ему нужно было «растрясти голову» и спокойно все обдумать.
Через полчаса он вернулся к Рите с загадочной улыбкой на губах.
— Что? — пытливо встревоженным тоном спросила жена.
— Мы едем в «Дубраву», — радостно возвестил Григорич и поцеловал ошарашенную Риту.
— Не поняла. В санаторий?
— Ну да. У меня там одноклассница работает администратором, Наташка Кракова. Обещала все устроить. Как раз есть свободный финский домик на двоих. Хвойный воздух, озеро, трехразовое питание, процедуры на выбор и все удобства. А главное — тишина и покой.
Глаза Риты загорелись, но она тут же посерьезнела.
— Сколько стоит?
— Бесплатно.
— Только этого мне не хватало! — встревоженно воскликнула жена.
— Успокойся. На самом деле условно бесплатно. К ним сейчас заселилась одна дамочка….
— Ах, вот как, — игривым тоном сказала Рита. — Ну-ну.
— Нет, ты не поняла, — замахал руками Григорич. — Она Наташкина подружка, но главное то, что она — известная режиссер и ей нужен репетитор по английскому языку.
Рита встала, и фривольно виляя бедрами, подошла к мужу.
— Ты уверен, что ей нужен только язык? — с нескрываемым сарказмом поинтересовалась Рита.
Быдловичи, как узнали об отъезде Риты и Григорича, в тот же миг возопили:
— Как так?! — в один голос кричали Вован с Машей. — А как же Ирочка с Кирой? Кто за ними присмотрит?
— Вообще-то, — возражала Рита, — у них родители есть.
Маша повизгивала вслед за муженьком.
— Конец месяца, я зашиваюсь на работе допоздна. Мама! Имей совесть. Ты же бабушка.
— Ну и что? — ухмыльнулась в ответ Рита.
— А то, — продолжал Вован, — что бабушка обязана….
— Ничего она не обязана, — гаркнул в ответ Григорич, крепко удерживаемый за рукав женой. — Обязаны детям, прежде всего родители — до их полного совершеннолетия. А бабушки с дедушками ничего не должны, а только если пожелают из большой любви. Но не надо ею злоупотреблять и кричать о совести. Не по адресу. Вы лучше с клиентами разберитесь и отдайте нам деньги за дом.
Как бы там ни было, а уже через пару дней Григорич с Ритой отправились в поселок Песочин, что в сорока километрах от Харькова — в санаторно-курортный пансионат «Дубрава», состоявший из шестиэтажного административного здания, лечебно-оздоровительных корпусов, спортивных площадок, роскошного парка-заповедника с бегающими декоративными свинками и козочками, большим живописным водохранилищем, бюветами с минеральной водой и многими уютными уголками вдали от суетного пыльного города. Наши герои поселились в одном из двадцати деревянных финских домиков на двоих с видом на розарий, за которым сразу же золотился пляж, и рассчитывали на приятный отдых. Но покой, как говорится, только снится тем, кто больше всего на него рассчитывает.
