Экранизации не подлежит полностью

Вот как раз кантантина наши киношники учесть не могли. Надо было что-то решать, ибо план был под угрозой срыва. Снимать в присутствии Ирочки, чей любопытный нос и болтливый язычок просто рождены для работы в средствах массовой информации, было просто немыслимо. Все с ужасом и отчаянием посмотрели на Григорича в надежде на счастливую мысль. И она пришла.

— Вот что, — деловым тоном сказал он. — Сценарий перепишем по ходу.

— Как перепишем? — в один голос спросили Рита с Машей. — Зачем?

— Затем, что Ирочка тоже будет играть.

Ликование моментально осветило лица дам — от самого мала до велика — и работа началась. Локаций было немного: несколько мизансцен в квартире, одна у подъезда и парочка возле садика. Все надеялись, что пронесет и соседи ничего не заподозрят. Были еще две мужские роли: на одну Рита пригласила младшего двоюродного брата-психиатра, который должен был сыграть любящего мужа Маши, но с небольшим приветом. Тот слегка покапризничал, набивая себе цену, но у Риты был на счет братца-бабника кой-какой компромат, и когда она пригрозила Толику, что все расскажет жене, тот как-то легко пошел на контакт. Что до второго мужчины, который должен был стать соседом Маши сверху, то проблема решилась сама собой. Как раз над квартирой Риты работала бригада строителей — соседям делали евроремонт, поэтому за бутылку у съемочной группы появился недостающий актер. Итак, съемка началась.

Полина Беликова воспитывает дочь Алиску и мужа Павла, следуя наказу своей матери: «Надо быть скромнее в жизни!», не понимая еще, к какой катастрофе это может привести семью.

При тусклом комнатном свете на продавленном диване сидит и вяжет носок ПОЛИНА Беликова (28). По радио звучат "Грезы" Шумана. Голубоглазая АЛИСКА (6) радостно подбегает к матери и протягивает той альбомный лист с рисунком. Алиска барабанит ручками по спинке дивана, ожидая похвалы. Полина бросает мутный взгляд на акварель и вяло улыбается.

Полина. У тебя несомненный дар проникать в самую глубину жизни, радость моя. Как тонко ты показала отчаяние рабыни, которая разрывает свои цепи и в кандалах бросается в бушующее море с галеры навстречу тонущему ребенку. Вокруг кровожадные акулы, но она высоко вздымает руки к небу, как бы умоляя: «Забери меня, но спаси несчастное дитя!»

Алиска оторопело смотрит на мать и удивленно пожимает плечами. Пару секунд она беззвучно шевелит губами.

Алиска(неуверенно). Мамочка, вообще-то это ты с нашей яхты машешь нам с дельфинчиками. А на ручках у тебя золотые браслеты…или…

Элегическое выражение на лице Полины сменяется тревожным. Она прерывает Алиску.

Полина(почти шипя). Что ты говоришь, доченька? Прости, но сегодня тебе явно изменил вкус. Истинный художник должен быть скромным и никогда не врать. Особенно матери. Ах, это дурное влияние отца.

Полина плачет, утирая бледное лицо шерстяным носком.

Алиска(плаксиво). Это…это все Петька.

Полина(удивляясь). Петя Горемыкин?

Алиска. Да.

Полина. Странно. Ты же вчера показывала его чудесный пейзаж.

Алиска. Там где он нарисовал маму на полу, и над ней папу с кнутом?

Полина. Точно. Вот она — правда жизни.

Алиска(хмуро). А Оксана Борисовна говорит, что так не бывает.

Полина(снисходительно). Твоя воспитательница ничего не смыслит, она еще слишком молода.

Полина прижимает расстроенную Алиску к впалому животу.

Полина. Ничего, доченька. Сейчас давай покушаем макарон, а потом я налью тебе твоей любимой водички с газиками и мы поиграем в лото. Хочешь?

Алиска. Ура! Только у бочонков не хватает.

Полина(вздыхая). Все как в жизни. Обязательно чего-то не хватает…

Алиска убегает. Полина рассматривает рисунок дочери.

Полина. Решительно пора менять садик.

Полина уходит на кухню.

Полина в широкой серой юбке до щиколоток, серой кофточке и серой шапочке поверх зачесанной копны пепельных волос провожает Алиску в садик.

Алиска(нерешительно). А если нам будут давать пюре с котлеткой и какао с блинчиками, мне опять не кушать?

Полина(радостно). Конечно, моя скромница. Пусть нас никто не упрекнет, что мы кого-то объедаем, да?

Алиса послушно кивает. Полина перепроверяет содержимое рюкзачка дочери. Мы видим майонезную баночку с макаронами. Полина плюет себе на ладони и приглаживает волосы Алиски. Алиска целует мать и исчезает за воротами садика.

Полина ходит по дворам и подбирает пустые бутылки. Затем идет сдавать их в пункт приема стеклотары, получает деньги. Проходит по тротуару мимо частных продавцов всякой всячины, покупает книжку и уходит.