«Экс» и «Нео»: разноликие правые полностью

«Вечный кандидат в кандидаты от демократической партии на пост президента США», — можно добавить вслед за газетой «Монд». Уже трижды — в 1980, 1984 и 1988 годах — Ла-Руш не получил инвеституры партии, пропустив вперед себя куда более сильных соперников — сначала Джимми Картера, потом Уолтера Мондейла, наконец Майкла Дукакиса. Но еще раньше, в 1976 году, Ла-Руш пробовал свои шансы как официальный кандидат от «Американской рабочей партии», о которой пойдет речь дальше. Как ни задирала Моська Слона-республиканца и Осла-демократа, американцы ее почти не заметили. За Ла-Руша было подано около сорока тысяч голосов — что позволило ему фигурировать лишь в нижнем ряду предвыборной хроники.

Вот почему в 1979 году Ла-Руш распустил «Американскую рабочую партию» и взамен создал новую группу захвата — «Национальный комитет демократической политики». Уже на следующий год этот комитет полным составом вступил в демократическую партию США, ослабленную неудачами прошлых лет. Те, кто тогда порадовался пополнению, спохватились в марте 1986 года, на старте очередной президентской кампании. После первичных выборов в штате Иллинойс среди победивших демократов двое назвали себя сподвижниками Ла-Руша, и по рядам партии пронеслось страшное слово: «Инфильтрация!» Тщательней проверили списки: на первичные выборы в 29 штатах ларушевцы выдвинули 800 кандидатов! Вот когда вслух заговорили о «хорьках Ла-Руша» (это выражение принадлежит Норману Бейли — бывшему помощнику президента в Совете национальной безопасности), об «ультраправом флюсе партии»…

— Демократы обличают вас как политического деятеля ультраправых убеждений и отказываются рассматривать как члена своей партии. Однако ваша организация называется «Национальный комитет демократической политики». Не вернее ли было вам объявить себя республиканцем?

— Но я демократ. Те члены демократической партии, которые утверждают обратное, лгут. Они боятся меня, боятся, что я приберу партию к рукам. Среди демократов я уже имею от 15 до 20 процентов сторонников. Это сила. Если кому-то в партии я и враг, так только ультралибералам.

— Но почему бы вам не создать третью партию?

— А зачем, если я могу преобразовать уже существующую демократическую партию? Я не могу терять время… Или я окажусь когда-нибудь президентом США, или смогу влиять на того, кто займет этот пост вместо меня.

— Значит, вы поддерживаете контакты с другими кандидатами демократической партии?

— Отнюдь нет: своей задачей сегодня я считаю уничтожать кандидатов, которые мне не по душе… Можете считать, что все, кто оказывает сопротивление мне, больше не существуют. Я уничтожил Мондейла в 1984 году, я уничтожу Марко Куомо, Сэма Нанна, Гэри Харта.

(Из интервью Ла-Руша журналу «Нувель обсерватер», 1988 г.)

Действительно, никто из названных выше претендентов до финиша президентской кампании 1988 года не дошел. После серии грязных оскорблений, запущенных в печать, пришлось снять свою кандидатуру сенатору Г. Харту. В процитированном выше интервью Ла-Руша имя Майкла Ду-какиса не было названо потому, что в ту пору звезда его еще не взошла. Когда же он возглавит демократов в борьбе за президентское кресло, сценарий развязанной против него кампании точь-в-точь напомнит травлю, которая раньше велась «хорьками Ла-Руша» против сенатора Харта.

Вот стиль предвыборных войн, которые группа Ла-Руша вела в своей же партии:

«На всех атомных станциях погибает меньше людей, чем под передком автомобиля Тэда Кеннеди!»

«Джеральдина Ферраро — сводница!»

«Уолтер Мондейл — безмозглый конек, который скачет по командам Москвы!»

Кто же он, предводитель «хорьков»?