Потом я вытащил из кармана клейкую ленточку с закреплёнными на ней крошечными видеокамерами и прилепил на громоотвод. Моя визитная карточка. Я всегда оставлял что-то на вершинах городских вышек, раздолье и приключения никогда уже не покинут душу настоящего экстремала. Потом сел на край и свесил ноги. Ощущение высоты заставляло мысли работать чище, организм – быстрее, и я ощущал силу и свободу во всём. В мыслях, в желаниях, в уверенности. Я наклонился вперёд, навстречу Городу, и заорал во всю глотку. Пусть недолго, но я хозяйничал на этой площадке, считал себя минутным владыкой городских высот. Моё пребывание наверху оставалось коротким, но волшебным. Все проблемы и тревоги были внизу, а здесь – лишь краткий момент удовольствия.
Ещё минуту. Ещё одну.
Часы на внутреннем экране напоминали: приключение пора заканчивать. Время неумолимо, надо спускаться. Я никогда не жалел о минутах на высоте. Каждый раз это становилось не только экстримом с адреналином, но и возможностью яснее увидеть и понять мир вокруг себя.
Я надёжно пристегнулся тросом, проверил все крепления, посмотрел вниз и стал скользить в направлении земли. Когда наконец удалось опуститься на землю, пришли сладковатая усталость и глубокое удовлетворение. Я сделал это. Лазить на высокие городские сооружения – не просто пьянящее развлечение, это способ снять стресс, получить дозу необходимой физической нагрузки и утвердить в собственном сознании личное место в этом мире. Одна часть рассудка ощущала потребность в покое, а другая – жаждала новых приключений.
Меня уже ждали.
Чуть в стороне стоял полицейский флаер. Он приземлился с внутренней стороны забора. Брутальный полицейский поджидал меня, а второй сначала оставался внутри машины, потом вышел и встал рядом с коллегой. Новые какие-то, никогда их раньше не видел. У них там такая текучка, что всегда появляются незнакомые рожи.
Сержант представился как-то невнятно, его имя толком и расслышать-то не получилось.
– Закон нарушаем? – ехидно спросил он и демонстративно приложил руку к оружию на поясе. – На закрытые объекты проникаем? Вы задержаны! Ваши действия подпадают под муниципальный Закон о неправомерных проникновениях.
– Никак нет, сержант, – перебил я. – Исключительно по долгу службы.
С этими словами я протянул левую руку для идентификации.
– Мы отслеживаем банду наркоторговцев, – продолжал я. – Поступил сигнал, что верхняя площадка этой вышки используется их дронами с целью передачи товара. Лазил проверять. Оставил следящую камеру.
Тут вышел напарник первого полицейского и встал рядом. Они были необыкновенно похожи друг на друга: оба брутальные, все обвешанные какими-то гаджетами.
Я ничем не рисковал. Никто не мог поймать на вранье. Камеру прилепил, пусть проверят, если захотят, конечно. У нас постоянно отслеживали каких-нибудь незаконных торговцев, это перманентный процесс. Одних ловили, их место тут же занимали новые, так что всякая инициатива в этой области поддерживалась и активно поощрялась.
– Там что, камер нет? – удивился первый коп. Его лицо хранило маску невозмутимости. Второй полицейский молчал. За всё время не проронил ни слова.
– На балансе Города нет. Может, осталось какое-то старьё, но мы к ним доступа не имеем. Какие-то проблемы, офицер?
Я импровизировал на ходу. Это входило в программу релакса.
– Ваша личность подтверждена, можете работать дальше. Честь имею.
Сержант и его напарник вернулись во флаер, и машина улетела. Напоследок я заснял отлёт флаера и подумал, что эти копы, сами того не желая, натолкнули на продуктивную мысль. Кажется, в общих чертах я теперь представлял, что нужно делать.
Четыре разговора, очень для меня важных, прошли на другой день, но каждый в своей обстановке. И все эти беседы имели долговременные последствия как для меня лично, так и для дела, которым я занимался.
– Вик, – спросил я, когда мы уже почти позавтракали, – а патрульные полицейские – они что, с каких-то пор перестали размещать на флаерах достоверные графические коды участков?
– Нет, конечно. А к чему вопрос?
Мы с Вик сидели на маленькой кухоньке и допивали утренний кофе. Вообще-то кофе здесь синтетический, но полностью идентичный натуральному продукту. По вкусу вполне нормальный, мне даже нравится. Натуральный тоже есть в продаже, но за такие безумные деньги, что и подумать страшно.
– Да вот. Вчера.
Я подробно рассказал Вик о приключении на заброшенной вышке. Девушка нисколько не удивилась, что я туда полез, зато её очень заинтересовали остановившие меня копы. Я показал запись встречи с полицией.
– Отмотай немного назад… ещё… ещё… стоп! Ты пробовал пройти по этому графическому коду?
– Пробовал. Как-то не получается. Не туда попадаю.
– И не получится. Неправильный код. Хотя виден чётко.
– Так что скажешь?
– Думаю, там у тебя были ненастоящие полицейские.
– А кто тогда?
– Например, переодетые бандиты. А может быть, и ктото ещё, о ком мы пока даже не подозреваем. Кстати, ты проверял камеры, что прилепил к верхушке той мачты?
– Проверял. Не работают.
