– Ну, например, что солдат часто ждал здесь девушку, но она всегда опаздывала или вовсе не приходила. А чтобы не стоять просто так, солдат рассказывал детям, которые играли у фонтана, сказки. И они его так полюбили, что после его смерти поставили ему здесь памятник и теперь приносят сюда цветы и назначают возле него свидания. Я прав?
– Вообще не попал. На самом деле это…
Но он зажал уши пальцами и помотал головой.
– Ладно не буду. О! – я поднялась. – Мне безумно интересно, какую историю ты придумаешь про одно здание. Пойдем?
Я еле удержалась, чтобы не протянуть ему руку, но он вряд ли бы ее взял, так что я решила не расстраивать себя.
Мы прошли сквозь парк и поднялись по ступенькам к администрации президента, напротив которой был дом с химерами. Он был заметен и снизу, но во всей красе представал именно с этого ракурса вблизи – серое здание, облепленное чудаковатыми скульптурами.
– Как тебе?
Джим задумчиво прошел вдоль здания и вернулся обратно.
– Если честно, то жутко. Уверен, что это был обычный дом, но однажды его прокляла ведьма и напустила на него страшных существ. Правда, пока они заползали на него, то сила магии кончилась, и они застыли на доме, в ожидании, когда сила восстановится. Я почему-то представляю как все скульптуры оживают и мне они представляются не сильно дружелюбными.
– Если это произойдет, я тебя защищу.
Он улыбнулся, а затем рассмеялся.
– Что?
– Просто представил как ты оказываешься мастером восточных единоборств и раскидываешь всех этих чудищ направо и налево.
– Особенно в этом платье.
– Исключительно в этом платье.
– Ну, если они оживут, то у тебя будет возможность это увидеть.
Он внезапно навел телефон на меня и сфотографировал.
– Ловлю на слове.
Я не решилась сфотографировать его в ответ и просто двинулась дальше, в сторону Дома писателей. Мы вышли на Банковую и я поняла, куда хочу идти дальше. Я знала, что Шелковичная улица ему понравится. Не могла не понравиться.
– Я сейчас нарушаю весь маршрут. Обычно я сперва показываю два дворца, Мариинский и Кловский, а потому иду туда, куда мы сейчас направляемся.
– И как оно – нарушать?
– Если честно, мне нравится. Тем более, что во дворцы внутрь нельзя. Ты-то сам не против, что не увидишь какие-то достопримечательности?
– Как для истинного англичанина Букингемский дворец для меня самый главный, а его я уже видел. Боже, храни Королеву!
Мы повернули на Шелковичную и прошли всего ничего, когда он вдруг сказал:
– А давай зайдем в этот дворик?
И не дожидаясь ответа, свернул направо. Я последовала за ним. Все это явно перестало быть экскурсией и превратилось в забавное приключение.
Мы прошли несколько сквозных двориков и оказались в прекрасном саду. В центре города, в маленьком дворике, скрытом от посторонних глаз, буйствовали розы. Посреди них стояла поначалу неприметная лавочка, к которой вела узкая тропинка. Джим аккуратно прошел вглубь, стараясь не задеть цветы, я последовала за ним. Лавочка оказалась узкой и ее еле хватило на нас двоих, так что мы сидели прижавшись. Он склонил голову ко мне.
– Правда, здорово?
Наши лица были так близко. Казалось, мгновение и мы поцелуемся.
Ворчливый голос откуда-то сверху громко спросил, что мы делаем. Джим вздрогнул, а я рассмеялась, схватила его за руку и побежала прочь из дворика. Остановились мы уже на Шелковичной, я отпустила его руку и сложилась пополам от смеха. Джим тоже хохотал, но скорее от моего вида.
– Давно меня так не гнали со двора. Будто я преступление совершила.
– Так ты опасная?
– Эй! Вообще-то ты меня туда повел!
– И повел бы еще раз – там очень красиво. Так, ладно. Куда дальше?
– К Шоколадному домику.
– Нас там не будет ждать злая ведьма?
– Нет, пряничный домик чуть дальше по улице, но мы идем в шоколадный. И он кстати уже виден.
Джим осмотрелся.
– Ого! А он и правда будто из шоколада.
Да, Джим, знаю.
Мы приблизились к нему и перешли дорогу.
– Зайдем внутрь?
– Обязательно.
Внутри нас встретила привычная прохлада и тишина. Джим купил билеты и мы поднялись на второй этаж. На первом была галерея, но в ней как раз меняли экспозицию.
Мы переходили из зала в зал и я с радостью наблюдала за восхищением Джима. Он снова снял очки и внимательно все рассматривал.
Залы были оформлены в разных стилях и мы буквально путешествовали между эпохами и культурами.
В белом зале мы надолго задержались возле зеркала с купидончиками.
– Знаю, ты не хочешь слушать лекции, но это настолько мило, что я не могу не рассказать, – прошептала я.
Он чуть наклонился ко мне.
– В этом доме люди раньше могли прийти и заключить брак. Это случалось здесь, в белом зале. И влюбленные обязательно смотрели в зеркало вместе. Считалось, что если посмотреть в него одновременно, то их души найдут друг друга после смерти, то есть они будут вместе навсегда.
– Хм, значит в вашем варианте клятва звучит, что даже смерть не разлучит нас?
– Что-то вроде того.
И тут до меня дошло, что мы оба смотрим в зеркало. Джим поймал мой взгляд и усмехнулся.
Когда мы вышли из Шоколадного домика, я вернулась чуть назад, к перекрестку.
