Итак, пока дрон и девушка общались неизвестно с кем, Генар-Хофен наслаждался тишиной. А вот полученные вести, судя по всему, никому радости не доставляли. Девушка вообще ужасно расстроилась, сообразив, что ей солгали, а вдобавок еще и одурачили. Вероятно, от огорчения Ульвер Сейк и сболтнула то, чем бы в иной ситуации делиться не стала. Сейчас Генар-Хофен пытался увязать ее фразу про Особые Обстоятельства с уже известными ему сведениями.
Напряженная работа мысли привела к тому, что мигрень вернулась. Голова побаливала с тех самых пор, как он сверзился с экипажа на мостовую Ночного Города. Впрочем, он вообще смутно помнил, что именно там произошло.
– Но ты же сказала, что сама из ОО, – с искренним недоумением произнес он, понимая, что вопрос ее снова разозлит.
– Я сказала, – стиснув зубы, процедила она, – что
– А кто же тебя послал? – Генар-Хофен, скрестив руки на груди, оглядел пиджак из своекожи – единственную рубашку модуль забрал в чистку – и подумал, что костюм все еще прекрасно выглядит.
Девушка до сих пор не снимала скафандра, отделанного драгоценностями, – правда, она не пользовалась встроенными поглотителями, а посещала туалет – и час за часом теряла сходство с Даджейль Гэлиан; лицо ее становилось моложе, утонченнее и прекраснее. Наблюдать за трансформацией было очень любопытно, и, сложись обстоятельства иначе, Генар-Хофен с огромным удовольствием прощупал бы почву на предмет взаимного интереса, но проклятые обстоятельства… Короче, сейчас ему меньше всего хотелось, чтобы у нее сложилось впечатление, будто он с ней заигрывает.
– Я тебе говорила, кто меня послал, – ледяным тоном произнесла она. – Разум. С помощью… точнее, по сговору с Разумом моего мира, – с натянутой улыбкой добавила она и раздраженно вздохнула, пытаясь поджать в ниточку пухлые губы. – Мне даже боевой корабль выделили, – пожаловалась она звездам на экране. – Вот я и решила, что всё ОО организовали. – Она покосилась на молчаливого дрона, потом снова уставилась на Генар-Хофена. – А теперь выясняется, что мой корабль смылся, а нам лучше не привлекать к себе внимания. Потому что вся эта фигня на Ярусе, ну, когда мы тебя оттуда вытаскивали… – Она покачала головой. – По-моему, в этом ОО замешаны… не мне судить, конечно, но вот автономник тоже так думает. – Она кивнула на дрона и окинула Генар-Хофена презрительным взглядом. – Надо было тебя там оставить.
– Надо было, – согласно отозвался он.
На Ярус ее отправили с заданием любым способом отыскать Генар-Хофена. Она прибыла за несколько дней до его приезда, однако расспросы ни к чему не привели; пришлось устроить аферу с пондрозавром. Это имело бы смысл, не пошли ее ОО. Но ведь ОО сами искали его на Ярусе… Что же получается – они его у самих себя похитили? Вдобавок в ее распоряжении действительно был боевой корабль, а сведения о местопребывании Генар-Хофена она могла получить только от горстки доверенных Разумов ОО. Загадка.
– Ну и что от тебя дальше требуется? – осведомилась она. – Или вся твоя миссия заключается в жалкой попытке вернуть молодость, соблазняя всех женщин, похожих на твою бывшую пассию?
– Прости, но рассказывать об этом я не имею права, – с многозначительной улыбкой заявил он.
– Ну знаешь ли… – Она прищурила глаза. – Не исключено, что тебя придется вышвырнуть за борт.
Он с напускным изумлением откинулся на спинку кресла, чувствуя, как внутри шевельнулись холодные щупальца страха, и обиженно воскликнул:
– Ты же этого не сделаешь!
Она насупилась, поджала губы и, не сводя глаз со звезд, заявила:
– Нет, конечно. Но мне нравится об этом думать.
Они помолчали. Он слышал ее дыхание, но соблазнительные округлости скафандра не шевелились, сколько ни вглядывайся. Вдруг девушка глухо топнула по ковру инкрустированным сапожком:
– Что от тебя требуется? Зачем ты им нужен? Я же тебе о своем задании рассказала. Давай выкладывай!
– Прости, не могу, – вздохнул он.
Ее лицо налилось гневным румянцем.
«Ну вот, понеслись…» – подумал Генар-Хофен.
Тут автономник взвился к потолку, а по краям экрана заплясали сполохи.
– Привет всем, – прозвучал в модуле глубокий властный голос.
