– Это было во сне. Мне нужно было как-то проснуться. Я не пытаюсь вредить себе намеренно, – тихо ответила я, не смотря на нее.
– Ладно. Хорошо. Дело твое. Ответь мне всего на один вопрос, – она подождала моего кивка и спросила. – Что такого находится у Рениша, что ты так стремишься туда вернуться? Ты ни разу не сказала, что, когда выберешься, отправишься домой или на Землю. Ты всегда говоришь, что пойдешь за Ренишем.
Я испытующе долго смотрела на нее взвешивая свой ответ. И медленно осознавала, что одним ответом не отделаюсь. Она так или иначе все равно будет из меня вытягивать самое травмирующее, чтобы облегчить боль, словно какую-то занозу.
Сцепив руки в замок, я опустила взгляд и стараясь звучать беспристрастно начала рассказ:
– Рениш обманул моего отца и маму, втеревшись к ним в доверие, и те, радушно пустили его в наш дом. Этот ублюдок заставил меня выбирать, кем я хочу пожертвовать, но и меня он обдурил. Он забрал мою маму, а я как последняя дура сиганула за ними в портал. Лохматый пытался меня остановить, но… Я была слишком упертой. Так я и попалась, мне стерли память и отправили воевать. А потом заставили отловить своих друзей как диких животных. В конечном итоге, благодаря им я и вернула память и помогла им сбежать, но… Моя мама все еще там. Она все еще у него, потому что Рениш снова поставил меня перед выбором: одна ее жизнь против жизней моих друзей. И я уничтожу всю Альфу если потребуется, чтобы ее вернуть.
Тамера накрыла мои руки своими, согревая теплом мягкой шерсти.
– Ты не виновата в этом.
Полуистерично усмехнувшись, я отдернула руки.
– Виновата. Виновата в том, что ее похитили, что она пробыла в плену так долго. В том, что они напали на Лео. На моего братца Дони. В том, что они все пострадали из-за меня. И это лишь общие события. В этой вселенной не сосчитать существ, перед которыми я виновата, и они имеют полное право меня убить. Но пока я не покончу с Ренишем, никто не сможет этого сделать. Я не позволю. Я не буду подчиняться этим проклятым правилам и Императору и если мне нужно будет умереть, то я умру на своих условиях. Мною больше никто не будет владеть и командовать.
Та злоба, которую я вложила в эти слова, погрузила Тамеру в глубокое сочувственное молчание. Она знала, что говорить ничего не нужно. И медленно понимала, что лучшая помощь для меня – это оставаться рядом, пока я сама о ней не попрошу.
Откинувшись на спинку мягкого дивана, я снова посмотрела в окно.
– Лео был прав, когда сказал, что я не вернусь. Я умерла, как только попала к Ренишу. Он ничего от «меня» не оставил.
– Как тебя звали?
Я бросила на нее прищуренный взгляд и скрестила руки.
– Я знаю, что тебя зовут не Ангел. На самом деле у тебя есть и другое, настоящее имя.
– Мне давали много имен. И боюсь я уже не знаю, какое из них настоящее.
– Именно поэтому Ник и сохраняет над тобой каплю власти. Пока ты не отпустишь Ангела, он сможет тебя тут держать.
Я удивленно подняла брови, а Тамера лишь наконец притронулась к своей еде. Она только что подсказала мне прямой путь к побегу. Но…
Как избавиться от этого огромного шрама на моей жизни под названием «Ангел»? Эта моя сторона пропитала все кровью и жестокостью, вытеснив и Сирену, и Дракончика. Да ту же Лилию. Она исказила абсолютно все. Той Сирены больше нет. И снова стать ей невозможно. Если я хочу бежать как можно скорее мне нужно перестать и Ангелом быть тоже… Быть солдатом Рениша, проложившим дорогу из трупов к его победе. Перестать быть Ма’рахакаера, сражающимся с соперником. Перестать быть всем, чем я являлась последние месяцы.
Задачка не из простых… Но может быть я что-то придумаю.
За этими мыслями я не сразу обратила внимание на нарастающую тревогу Тамеры. Она беспокойно перекладывала обе пары рук, словно внезапно они стали ей мешать, и дергала пятнистым хвостом.
Что же ты такое собираешься мне рассказать, что так разнервничалась?
Покончив с едой, мы вернулись на Цдам, и повисшее молчание, между нами, уже порядком подбешивало. Но видя, как Тамера себе места не находит, я не подгоняла и молча шла за ней.
Мы пришли в Зал победителей, как всегда, ярко освещенный и безупречно величественный. Скользя взглядом по статуям, я медленно шла по красному ковру, пока не остановилась позади Тамеры, застывшей у статуи Лохматого.
– И что мы тут делаем?
Тамера молча притронулась к пьедесталу и потупив взгляд тяжело вздохнула, подбирая слова.
– Я уже рассказывала тебе про то, что финальный бой отличается от остальных. Победа достается лишь тому, кто готов убить не просто воина, а дорого для себя человека. Того, с кем успел подружиться за время нахождения здесь.
Слушая ее тихие слова, я подняла взгляд к лицу статуи, и склонила голову немного нахмурившись.
– Здесь хранятся записи всех боев, но я запретила тебе их смотреть, потому что… Потому что сама не готова пережить это снова, – она взмахнула рукой и появилась голограмма с изображениями портретов двух бойцов.