Эледра полностью

Раньше если бы я услышала такой тон и резкие движения, то испугалась, но, к моему удивлению, первой реакцией было схватиться за нож, спрятанный на бедре в складках ткани.

Мы остановились у лифта на выходе из ресторана.

– Извини, – тут же одернул себя Генрих, бросая напряженный взгляд на вытянувшиеся когти. – Просто… Ты никогда не слышала о расе Императора?

– Не приходилось, – с ноткой холода в голосе ответила я, заходя в лифт первой.

Встав, напротив он какое-то время молчал, а потом закатал рукав. Вся его рука была покрыта зарубцевавшимися шрамами, словно кто-то пытался выдрать куски из его плоти приспособлением с сотней иголок… Или челюстями с кучей острых зубов. Тут едва ли можно было найти чистый участок кожи.

– Ник и его семейка принадлежат к расе, называемой на нашем языке, паразитов. Или же вампиров. И Рениш сделал меня универсальной игрушкой для Ника, – Генрих достал из пояса маленький нож и рассек себе ладонь. – Они питаются кровью, но страдают проблемами с самоконтролем.

Рана на его ладони затянулась, не оставив и следа. Хмуро наблюдая за этим, я подняла взгляд с невысказанным вопросом: Что нужно было делать с человеком с такой быстрой регенерацией, чтобы оставить такие шрамы?

Не заметив в моих глазах ни ужаса, ни отвращения, лишь понимание, Генрих закатал и второй рукав, расслабив плечи, и показал обе обезображенные руки.

– Рениш сделал меня таким, чтобы я смог выжить рядом с мутантами, а потом решил избавиться и продал вместе с еще одним… Раньше Рениш продавал Нику фиррозию в качестве наркотика, но наркотик с большой концентрацией прямо в крови… Еще и в сосуде, который сам собой восстанавливается… Он долго не мог со мной наиграться. Я даже попытался его убить, но тогда еще не знал, что убить его можно только изнутри, а мое тело отторгает любой яд. Я не мог отравить его «еду».

– Мне очень жаль… – едва слышно пробормотала я. И это было искренне.

– Я не жалуюсь на свою жизнь, – он опустил рукава. – А предупреждаю. Не становись его жрицей и ни в коем случае не давай ему себя пить. Он не сможет остановиться и убьет тебя.

Двери лифта открылись, впуская прохладный ночной воздух.

– Если хочешь, можешь считать это моей просьбой.

Я вышла наружу, обернувшись после секундного раздумья:

– Могу я доверить тебе секрет?

– Да? – скорее удивился, чем согласился он.

– Я смогу сделать то, чего не смог ты, и кто знает, кому тогда достанется власть?

Ухмыльнувшись, я козырнула ему и расправив крылья взмыла в воздух.

***

Последующие бои слились в один бесконечный цикл из боя, следом лазарета, тренировок и нового боя. Я не послушала Тамеру и даровала некоторым побежденным жизнь. За это время я узнала о выживших достаточно, чтобы представлять кто тут и за что оказался, но главнее было то, как они принимали поражение. Мне отчаянно не хотелось убивать всех без разбору, хоть это и могло сказаться на моей репутации. Если я сохраню пару-тройку жизней лучше я точно не стану, но быть может эти воины найдут свою свободу не таким способом, как я.

Во владении огнем я достигла определенного мастерства и призвать огненный шар, позволив языкам бегать по рукам было не сложнее щелчка пальцев. С маскировкой под человека было немного сложнее, но зато я научилась прятать лишь некоторые особенности внешности. Мне нравилось оставлять эти несчастные длинные уши и зеленый цвет глаз. В основном потому, что с карими глазами я слишком напоминала себе маму.

Неминуемо настал день последнего боя перед финалом, где соперника мне выберет Ник. Я выходила на поле без единой мысли после долгого прощания с Тамерой, с которой невероятно крепко сдружилась за эти недели, хоть и не собиралась привязываться к этой четырехрукой кошке изначально.

И я победила. Невероятно, но наш бой с этой паучихой все-таки состоялся, словно судьба решила в любом случае проверить, избавлюсь ли я от страха перед пауками. От страха я не избавилась, но спустя, наверное, часы нашего сражения она изнеможенно упала на песок, уронив оставшиеся конечности, которые я не успела отрубить. Буду честна, я была ничуть не в лучшем состоянии и еще минут пять – сама бы свалилась на землю и была готова принять смерть. Но я победила.

В лазарет меня уже уносили и сказали, что я пролежу там вплоть до финального боя. Что же… Я была слишком измотана, чтобы думать о чем-то кроме того, что выжила.

На следующее утро ко мне пришла Тамера, принеся маленький бумажный сверток. Она даже дала мне честно выспаться и не будила, сидя рядом и сторожа мой сон, что при ее характере истинного жаворонка было подвигом.

Проснувшись, я попыталась сесть, что отняло у меня дольше времени, чем вообще возможно было, и не вытерпев, она вцепилась в меня крепкими объятиями и долго не выпускала из них, тихо смаргивая слезы и шмыгая носом.

– Не смей реветь, будто не рада, что я выжила, – хрипло ответила я, гладя ее по голове, уткнувшейся мне в плечо.

– Заткнись, Ангел, – пробормотала она, наконец выпуская меня.