– А зверь сидит на цепи, хотя может в любой момент разорвать её. И ему не нужно будет использовать для этого зубы и когти. Почему, как думаешь? Чего он ждёт?
– Он не знает, но я приглядываю за ним и его стражниками, – призналась Лета. – Я догадываюсь, что у него на уме.
Она поймала взгляд Хальдора. Прочитанное в её глазах не удивило ярла, и он вздохнул, опершись локтем здоровой руки на колено.
– Отпусти его. Ты считаешь, что один он не справится. Пусть убедится в этом сам. Тем более, – ещё один задумчивый вздох, – что-то он да принесёт оттуда.
– Хочу, чтобы это была вонючая шкура Соторнила.
– Отличный выбор.
Лета устроила затылок на бортике бассейна. Бездумно гуляющий взор под отяжелевшими веками наткнулся на тёмное пятнышко, притаившееся в выемках мозаики с игривыми дельфинчиками и прочей морской живностью.
Кого-то здесь завалили. Видать, одну из наложниц Соторнила. Другую прихлопнули в комнате, где ночевала Лета.
Сехлинов не брали живыми. Приказ есть приказ.
Упыри после смерти превращались в обугленные кости, а затем в прах, но вот высшие вампиры подыхали как люди. С кровью, которой они отужинали накануне, вытекающей из нанесённых клинками северян ран, и воплями агонии. Правда силы и выносливости в их телах было на порядок больше. Таких можно было погубить только численным перевесом.
Где-то там, в закромах необъятной Империи, оставалась армия, целиком состоявшая из сехлинов, к которой они так и не прибегли за всё время. А это значило, что имперцам было, чем ответить, и они ждали, когда войско Торода основательно поредеет, чтобы одним ударом покончить с восстанием.
Чёрт, а ведь оно уже поредело при взятии Темпраста...
– А что ты всё-таки задумал? – напомнила Лета, убегая от мрачных доводов рассудка.
– Заходи как-нибудь на днях в кузню и увидишь. Моё поручение не более чем символ нашего восстания, но и он послужит на благо.
– Заинтриговал, подлец.
– Это лишь начало.
В кальдарий впорхнула прислуга Хальдора, девчонка не старше Эйдин, и, не осмеливаясь поднять глаз, поставила на бортик два глиняных стакана и кувшин с вином.
– Что-нибудь нужно ещё, мой ярл?
– Музыкантов хочу, Хальдор, – капризно бросила Лета.
– Пригласи сюда нашего друга Берси. Если он, разумеется, не спит.
Поклонившись, прислуга кинула беглый взгляд на керничку и унеслась прочь. Лета подавила желание расхохотаться.
– Кухня утром взорвётся сплетнями, – хмыкнула она. – А за ней и вся вилла.
Хальдор согласно замычал, разливая вино по стаканам. Лета переползла на его сторону, благодаря мутную воду за то, что та скрыла её обнажённое тело. Взяв стакан, она воззрилась на ярла, который вдруг поднял жилистую руку вверх и чуть не расплескал вино.
– Хочу выпить за тебя, – произнёс он.
– С чего бы?
– Я бы умер без твоей поддержки. На Арене.
– Аналогично.
– Нет же, ты столько раз выручала меня в бою. Делилась со мной едой. Отвлекала беседой и... – Хальдор запнулся, затем вскинул голову и прижал стакан к груди, будто сжатый кулак. – Проси всё, что хочешь.
– Я получила свободу, – сказала Лета. – А от тебя мне ничего не надо.
– Я хочу подарить тебе титул. Отныне ты будешь моим хэрсиром.
Она качнула головой:
– Не смешно.
– А не шучу.
Девушка оторопела и крепче вцепилась в стакан, норовивший выскользнуть из мокрой и онемевшей руки.
– Хальдор, я не...
– Я не могу просить тебя остаться и сражаться с нами, – проговорил Хальдор. – Ты вольна уйти. Но знай, что двери моего дома всегда для тебя открыты. А Хель будет знать тебя и как мою добрую гостью, и как верную соратницу и командира моего войска.
– Ты перегрелся или что?
– Я в трезвом уме.
– Не сочти мой отказ за оскорбление, но...
– Сочту.
Лета коротко выдохнула.
– Сплетни точно обеспечены, – буркнула она и выпила залпом вино.
Ошеломление не притупилось ни на йоту.
Хальдор ждал её ответа, так и прилепив руку со стаканом к грудной клетке.
– Ну чего ты от меня хочешь? – ворчливо протянула Лета. – Ты готов заиметь себе такого командира? Который свалит отсюда при любой удачной возможности и так же вернётся, когда ему вздумается?
– Ты не уедешь.
– Меня достал Север, ты в курсе?
Ярл промолчал, глядя на неё с лукавыми искорками в глазах. Лета насупилась.
– Хальдор...
– Для меня это честь. А для тебя – самая высокая цена, которую я могу заплатить за всё, что ты для меня сделала.
Он тактично отвернулся, когда Лета привстала, чтобы подлить себе вина. Погрузившись обратно под воду, она несколько минут сверлила взглядом мозаику на стене.
– Я принимаю твою цену, – сдалась она. – И буду надеяться, что ты просто пошутил.
– Нисколько. Утром мы задокументируем титул при свидетелях, я тебя благословлю молитвой, а ты кровью распишешься в книге моего рода. А потом...
Она прервала его, отмахнувшись ладонью.
– Давай уже пить. Чтоб тебя, ярл Хеля...
Они стукнулись стаканами. Лета вновь осушила свой до дна.
Хэрсир. Надо же.
В былые времена от неё, Стража, шарахались, как от прокажённой, а северянам нужны были лишь её меч да имя, указавшее на связь с Талаком. А сегодня ей дарят титул и войско.
