Она закрывает мне рот ладонью, и это легкое прикосновение рассеивает мои жестокие фантазии. Психея бросает на меня настороженный взгляд.
– Ты, конечно, не собирался сказать, что можешь найти этих людей и припугнуть их.
Я молчу, потому что именно это и собирался сказать.
Она не убирает руку.
– Нам предстоит сражаться в более серьезных битвах. – Свободной рукой она берет телефон и показывает мне. Сообщений и пропущенных звонков так много, что уведомления не помещаются на экране. – А теперь нам нужно поговорить, и не о незнакомцах из интернета.
От моей матери пока ничего не слышно: вчера вечером она уехала в спа-салон, в котором проведет все выходные. Она бывает там каждый месяц, и по странному стечению обстоятельств эти поездки совпадают с особенно неприятными ее заданиями. Афродиту невозможно подловить без алиби, что в этом случае нам только на руку. Она велит ассистенту публиковать фотографии из поездок в спа, но намеренно делает так, чтобы с ней было очень сложно связаться.
Я вздыхаю в ладонь Психеи и, обхватив ее запястье, убираю руку от своего лица.
– Нам надо пожениться как можно скорее. – Пока моя мать не вернулась из спа и не поняла, что мы натворили. – От девушки еще можно избавиться. А от жены нет.
Она морщится.
– Да, понимаю. Тут мы пришли к согласию. – Психея посматривает в свой телефон. – После церемонии будем устраивать милые романтические штучки на публике, чтобы по-настоящему убедить всех, что у нас роман.
Не прошу ее пояснить, что такое милые романтические штучки. Это не моя сильная сторона, и я готов это признать. Сейчас важнее всего свадебная церемония. Чем меньше мы дадим моей матери времени, чтобы отреагировать, тем лучше. И все же…
– Я вчера говорил серьезно. Мы не выйдем из моей квартиры, пока ты не перестанешь пугаться моих прикосновений.
– Ты же сейчас ко мне прикасаешься.
Бросаю на нее многозначительный взгляд.
– Ты знаешь, что я имею в виду.
– Ладно, – вздыхает она. – Но мне нужно перезвонить, иначе мои сестры и мать появятся у тебя на пороге. – Психея смотрит на дверь моей спальни. – Честно говоря, немного удивлена, что Каллисто еще не примчалась. К тридцати годам она начала учиться сдержанности.
Скорее, дело в том, что у меня лучшая система безопасности, какую можно купить за деньги, и хотя Каллисто Димитриу вызывает опасения, она не Гермес. Тем не менее понимаю, что увижусь с ней. В ближайшем будущем.
– У нас будут просить интервью.
– Мне уже пришло шесть запросов. – Она садится, копаясь в телефоне. Ее майка опасно приспущена, грудь так сильно натягивает ткань, что лучше бы Психее вообще снять верх. Психея вздыхает, не глядя на меня.
– Перестань смотреть на мою грудь. Это отвлекает.
Нельзя оставаться с ней в этой кровати. Если останусь, соблазню ее, и мы еще несколько дней не выйдем из комнаты. Начинаю смиряться с мыслью, что одной ночи с Психеей будет мало. Я мог бы целовать ее всю ночь напролет. Осознавать это странно.
– Пойду приму душ. – Может, если подрочу, это принесет некоторое облегчение. Нельзя ожидать, что я буду мыслить здраво, если шесть часов прохожу со стояком.
Но когда встаю под струи воды и обхватываю член рукой, могу думать только о Психее. О том, какая она сладкая на вкус. О ее большой груди и пышной заднице. Как хорошо ее губы будут смотреться вокруг моего члена. Я кончаю, извергая проклятия.
Обычно я не настолько импульсивный, чтобы менять планы в последний момент, но не могу отрицать, как приятно одеться и, выйдя из ванной, увидеть Психею, которая сидит на моей кровати и что-то печатает в телефоне. Ее волосы слегка спутались, и она надела джинсы, но выглядит так, будто здесь она дома.
Опасные мысли. Невероятно опасные. Застегиваю рубашку до конца.
– Давай поедим.
– Я не голодна. – Она не смотрит на меня. – Мне нужно кое с чем разобраться перед разговором с сестрами, который состоится через полчаса. А еще придумать, как забрать мои вещи из дома матери, не столкнувшись с ней, потому что к такому разговору я пока не готова. Или не столкнуться с
Пожимаю плечами.
– Я куплю ее тебе.
Это привлекает ее внимание. Она поднимает голову и хмуро на меня смотрит.
– Это смешно.
– Ты сказала, что пока не хочешь ехать домой и видеться с матерью, и я сомневаюсь, что до тех пор ты захочешь оставаться во вчерашней одежде. Да и разгуливать по Олимпу, пока мы не поженимся, не вполне безопасно. Решение простое: новая одежда.
