Как бы там ни было, Кизи начало казаться, что взятие его в кольцо лишь вопрос времени. И меньше всего его волновали мексиканцы. С мексиканцами всегда можно было поладить. Опасаться следовало изуверов из Метрополии. Его волновали похитители трупов из ФБР. Он слыхал о Мортоне Собеле, атомном шпионе, который объявился в один прекрасный день в пограничном городке под охраной агента ФБР и вместе с прочими фэбээровцами перешел границу. Если ФБР удастся физически схватить тебя в Мексике, в дело вмешаются и мексиканцы. Как и усердные твердолобые копы округа Сан-Матео. По слухам, копы из Сан-Матео решили провести отпуск в Мексике по той причине, что намеревались устроить охоту на Кизи и вновь сделаться героями сенсационных статей с жирными заголовками. С каждым днем все опаснее было оставаться в ла каса гранде и Крысиной Лачуге, куда сначала наведался один торчок, потом другой, с дружеской ухмылкой во весь рот – ребята из Калифорнии, даже из Нью-Йорка, которые каким-то образом разузнали, где находится Кизи. Они всегда заявлялись с таким видом, как будто Проказники должны были встречать их, сияя от восторга – мы ведь избранные святые, основатели кислотного мира, не в силах сдержать радостную ухмылку. Очевидно, важнейшим делом всего кислотного мира Штатов считалось разузнать, где находится Кизи. Это был показатель прямой причастности к вещи. Ага я повидал там Кизи. Кроме того, некоторые Проказники привезли с собой друзей. В том числе, разумеется, и девушек. А Пейдж сошелся с высокой блондинкой, похожей на датчанку, которую все стали звать Дорис Копуша. Все это превращалось в Ла-Хонду, в ее тропический финал, Ла-Хонду в Тропике Рака. Народ все прибывал и прибывал, разбредаясь по всем владениям Проказников, устраиваясь в доме, в Крысиной Лачуге, в автобусе. Как-то ночью девушку по имени Джинни укусил скорпион. Все проснулись – что делать? Поразмыслив, они решили плыть по течению и вновь улеглись спать. Она выжила.
Кизи относился к происходящему весьма терпимо. Ни одного человека не выставили вон. Это Тест для моих открыто провозглашенных убеждений. Во всяком случае, было уже невозможно поверить в то, что в фильме о Беглеце сохранялось хоть какое-то подобие тайны. Все было лишь вопросом времени и апатиитиитиитии… Временами создавшаяся обстановка начинала действовать Кизи на нервы, и тогда он садился в машину, ехал на высокий обрывистый берег, курил траву и смотрел в океанскую даль… подумать только, совсем как Черная Мария.
Черная Мария испытывала адские душевные муки. Точнее, она была дьявольски одинока. Одинока? И действительно, разве может истинно открытый человек чувствовать себя одиноким в компании стольких истинно открытых людей, которые делают совместно столько вещей и постоянно совместно тащатся? Разве Горянка чувствовала себя когда-нибудь одинокой? Разве Горянку охватывало когда-нибудь отчаяние? Такое казалось немыслимым; Горянка была синхронно погружена в вещь. Что же до Черной Марии, то она была, вероятно, единственным человеком за всю историю вещи, умудрившимся остаться одиноким… в иерархии Проказников.
Иерархия Проказников? Но ведь предполагалось, что никакой иерархии Проказников не существует. Кизи считался ненавигатором и неучителем. Безусловно, все остальные члены братства были равными среди равных, ведь в нем отсутствовало соперничество, не велось никаких игр. Все это они оставили в добропорядочном мире… однако… хоть игрой это назовите, хоть чем угодно: первой, ближайшей к Кизи женщиной была в тот момент Горянка, второй – Фэй, а может, и наоборот, Черная Мария же считалась, вероятно, третьей, но так была от всего далека, что это не имело никакого значения. У мужчин был Бэббс, всегдашний фаворит… и никаких игр… однако временами все это весьма напоминало старую как мир игру в сильную личность… наружность и все то же привычное агрессивное обаяние компанейского парня – вот что было там гарантией победы, как, впрочем, и везде…
И все же со временем Черная Мария сделалась Проказницей. И то, что она уже Проказница, было воспринято как нечто само собой разумеющееся. Она сумела изменить течение, отнюдь при этом с ним не смирившись.
Те же муки испытывала и девушка Пейджа, Дорис Копуша. Ей хотелось задать кому-нибудь один вопрос, но она никак не решалась. Наконец она подошла к Сэнди Леманн-Хаупту и спросила:
– Что это значит – «Никогда не доверяй Проказнику»?
<p>XXV</p><p>Тайный агент номер один</p>После полудня Пейдж врывается в ла каса гранде с криком:
– Эй! Какой-то тип фотографирует нас с той стороны дороги!
