— Пока князь приходит в себя… Поговорим? Это ведь ты здесь главный, верно? Старый маразматик почему-то решил, что я здесь в плену и не могу его прихлопнуть, как назойливую муху, так что на здравомыслие Радова не рассчитываем.
Сухой попытался ответить, попытался высвободить свою силу, отдать приказ уничтожить вторженца, но… Давящая аура спеленала его, как котёнка, и не давала даже открыть рта. Чем больше он сопротивлялся и потел, тем сильнее она давила. У него носом пошла кровь, он до боли сжал кулаки, пытаясь стоять ровно. Всё перед глазами у него закружилось, темнота начала наваливаться, словно он вот-вот потеряет сознание. И вдруг тьма отступила, исчезла, вместе с этим чудовищным давлением.
Тяжело дыша, маг смотрел на раздвоившуюся клетку и плывущий перед глазами тюремный двор.
— Уважаемый, в вас есть голос разума? Или же мне идти напрямую к твоему императору и, взяв его за шкирку, как котёнка, начать отчитывать за нарушенные законы гостеприимства? Готов ли ты к диалогу? Или мне нужно тебя…
Металлические цепи задрожали, и клетка начала странно двигаться, словно невидимые руки перекручивали её, давили, словно пластилин. Стальные прутья разошлись, наружу вылетели цепи, маг с лёгкостью снял с себя маску и обруч, смяв их, словно листы бумаги, и швырнул на землю. А следом и выбрался сам. Клетка за его спиной словно бы ожила, цепи превратились в конечности, и она стала за правым плечом мага.
Бывший узник положил руку на двор, и спустя пять секунд магические вспышки разбежались по всей территории тюрьмы, а надёжные защитные контуры не выдержали перегрузки и отключились, лишив питания и все остальные защитные системы. В одной из башен вспыхнул необычный пожар голубого цвета. Кристаллическое пламя, возникающее в очень редких случаях из магических кристаллов, — опасный гость в мире магии. Большая часть магов, собравшихся наверху, даже не видели его ни разу. Лишь самые опытные знали, какую опасность он из себя представляет для магических артефактов и брони.
Это пламя тоже подчинилось воле пленника и убралось из башни. Зависло в человекоподобной форме за вторым плечом мага.
— Ну так что, мистер самый сильный маг из всех здесь собравшихся… Мы будем говорить языком дипломатии и начнём полноценные переговоры или мне нужно провести более кровавую демонстрацию своих возможностей? Учти, в таком случае я отменю переговоры… В ход пойдёт ультиматум.
— Как… ты это сделал? — держась за горло, хриплым голосом спросил Пётр Яковлевич.
— Я — Дан. А не какой-то там архимаг из захолустья. Думаешь, я бы пришёл сюда, если бы боялся подобных проделок с вашей стороны? Делай уже свой выбор, наконец. Жизнь или смерть, разрушение или созидание.
— Ладно, вторженец… Давай поговорим, — дрогнула стальная воля посланника императора.
По долгу своей службы он встречался со множеством иномирцев. И с не меньшим количеством достойнейших магов различных империй. Он видел своими глазами, пусть и издалека, встречу семи императоров в ущелье Единства. И знает, как давит аура сильного мага-правителя. Если сила этой ауры отражает мощь мага, то даже император… старейший и сильнейший маг в империи не сможет тягаться с этим существом. Доступны ли такие силы человеку? Сомнительно…
«Нужно узнать больше о его мотивах и возможностях… Быть может, тогда мы найдём способ справиться с ним. Сейчас не время для сражения…» — решил Пётр Яковлевич и осипшим голосом дал ответ человеку внизу.
— От имени императора я рад приветствовать вас на землях империи и приглашаю вас в комнату для переговоров.
— Учись, князь, как разумные люди поступают, — с ухмылкой произнёс маг и в мгновение ока переместился из-под прицела автоматчиков наверх. — Из всех здесь присутствующих у меня есть персональная претензия исключительно к князю, так что его можешь оставить, а остальные пусть идут на все четыре стороны.
Взяв князя за горло и подняв его тучное тело одной рукой, Дан взглянул в глаза имперского посланника.
— Все вон. Убрать оружие.
— Правильный выбор. — Вместе с князем иномирец прыгнул вниз и забросил его с побагровевшим лицом в клетку, из которой и сам не так давно выбрался.
— Посторожи этого утырка благородного, — отдал он приказ клетке и отправился к двери, ведущей во внутренние помещения тюрьмы.
Он прекрасно знал, в какой комнате планировал торжественный пир в честь его поимки князь.
Абсолютный контроль и доминация. Все маги, что были здесь сегодня, увидели эту сторону Дана. И им повезло: третью сторону, кровавую, они не встретили. Пока ещё не встретили…
Кабинет начальника тюрьмы, если верить табличке на двери — Зубатова Владимира Андреевича, — впечатлял. В аскетично обставленной комнате уместились плазменный телевизор, кондиционер, холодильник для напитков, заставленный самым разным алкоголем, винтажными металлическими тарелками странной формы. Сам стол был завален разными вкусняшками, на которые я сразу же положил глаз.
