Схватка длилась всего несколько минут, но была настолько интенсивной, что Сарутоби был уже порядком измотан. Однако определить это могли только хорошо знавшие его люди: внешне джонин сохранял концентрацию, приличную скорость и силу ударов. Шикамару с остервенением стиснул обеими руками кунай, прижав его рукоятью к груди в бесполезном защитном жесте. Его гениальный мозг выхватывал из потока входящей информации образы и слова, пытаясь с их помощью выстроить общую картину. Пожалуй, второй раз в жизни он испытывал настоящее волнение и тревогу, пробиравшие до костей, заставлявшие задерживать сбившееся дыхание и вытирать испарину со лба. Его чуть расставленные локти касались локтей Ино и Чоджи, которые стояли с ним бок о бок, формируя своеобразный треугольник. И каждый из них цеплялся за это невесомое прикосновение, которое держало их в реальности, хотя всей душой они трое были там, впереди, где Асума бился с Акацки.
По молчаливому согласию обе стороны сохраняли паритет невмешательства. Шиноби Скрытого Листа замерли, напряженно наблюдая за схваткой, а второй Акацки присел на ступени, поместив между расставленных ног блестящий чемоданчик, и внимательно следил за действиями напарника, его противника и замерших чуунинов Листа. Нара время от времени подозрительно смотрел на него и неизменно получал в ответ не поддававшийся расшифровке взгляд жутковатых красно-зеленых глаз.
Внимательно наблюдая за сражением, Шикамару пытался выудить максимум информации из действий и слов Акацки. Однако тревога не давала ему сосредоточиться и спокойно проанализировать ситуацию. За все время схватки они использовали только тайджуцу и холодное оружие, и у Нары сложилось впечатление, что Акацки нисколько не заинтересован в переходе на ниндзюцу или гендзюцу. Да и арсенал оружия не отличался разнообразием.
Коса – это не самое удобное оружие: массивное древко и три лезвия требовали недюжинной силы и большого пространства для маневра. А коса Акацки имела еще и прикрепленный к ней канат, который вторым своим концом терялся в складках форменного плаща, что позволяло кидать её, увеличивая тем самым радиус поражения. Нукенин с плеча размахивал косой, нанося беспорядочные удары, казалось, отнюдь не имевшие своей целью нанести серьезное ранение. Было похоже, что он стремится задеть Асуму любым способом и все его действия были направлены именно на это. Шикамару начал было думать, что лезвия трезубой косы отравлены, и даже припомнил все, что отложилось у него в голове, про того самого кукольника из Суны, который специализировался на разработке многокомпонентных ядов. Но под описание, данное Канкуро, пепельноволосый шиноби не походил совершенно, что, однако, не исключало варианта, что он просто воспользовался талантом своего коллеги.
На этом месте мысль была прервана резким вздохом Ино и звучным сглатыванием Чоджи. Асума отскочил назад и небрежным жестом смахнул несколько капель крови со скулы. Акацки вытянулся во весь рост и, запрокинув голову и победоносно тряхнув косой, издал боевой клич, переходящий в истерический смех. Нара метнулся взглядом ко второму Акацки, тот не пошевелился.
- Вот и все, сладкий! – верещал Хидан. – Посмотри в глаза своей смерти! Тебе, – он ткнул пальцем в сторону Асумы, а затем красноречиво провел ребром ладони по горлу, – конец!
Перехватив косу, он поднес чуть окрашенное кровью лезвие к лицу, не сводя глаз с Асумы, провел языком по блестящему металлу, слизав капли крови, и с наслаждением прикрыл глаза. В тот же момент его тело стало менять цвет, кожа почернела и на ней выступил белый ритуальный рисунок. Акацки отточенным жестом ухватился ладонью за лезвие косы и с безумной улыбкой и чуть расширенными глазами сжал кулак – меж пальцев потекла темная кровь, окрашивая песок.
- Мне это не нравится, – пробормотал Нара, в который раз оценивая обстановку. – Совсем не нравится.
Воспользовавшись тем, что противник был занят своими приготовлениями, Асума сложил печати.
- Элемент Огня: Облако Пепла!
Ино и Чоджи, знакомые с техниками учителя, радостно выдохнули, однако, когда через несколько секунд пепел исчез, Акацки стоял на том же месте на первый взгляд невредимый, а на песке прямо под ним был нарисован символ в виде круга с вписанным в него треугольником. Дикий взгляд малиновых глаз ненавидяще уставился на Сарутоби.
- Урод! – поморщился Хидан. – А я было уж думал покончить с тобой по-быстрому. Но эта твоя е*аная выходка с пеплом заставила меня передумать! – Он отбросил косу и вытащил из-за пазухи складной штык, одним резким движением развернув его на полную длину. – Какудзу! Тебе придется внимательно следить за мной, чтобы этого ушлепка смогли узнать в точке обмена, когда я с ним закончу!
- Не переусердствуй, Хидан, – отозвался второй.
- Приступим? – Хидан склонил голову набок и хищно оскалился.
Асума сжал обожженными руками клинки чакры и кинулся на врага. Боль настигла его в полете, заставив скривиться и ухватиться за правое бедро. Сарутоби упал на землю бесформенным мешком, провожаемый полными ужаса глазами учеников.
