Тем не менее, они продолжали тренировки. Попытки использовать Ясакани в режиме Сусаноо давали довольно странный эффект: и Итачи, и Саске смогли его преобразовать и передать в руки своих самураев, но принцип использования оставался не до конца понятен. В какой-то момент Сусаноо Итачи удалось раскрутить ожерелье в руке, а затем бросить на манер шурикена. Сила и дальность поражения была впечатляющей, Саске даже приоткрыл рот и тут же увидел, как загорелись огнём глаза Итачи, и даже смог прочитать его мысли: если бы им удалось соединить Кусанаги и Ясакани, то гигантский дальнобойный неотразимый шурикен стал бы орудием массового поражения. Однако из всех произведённых ими попыток удачной можно было считать только одну, ведь на тренировки было не так много времени, они просто не успели отточить владение новым нинджуцу.
- Сейчас, Саске, – скомандовал Итачи, в правой руке Сусаноо которого уже вращалось, набирая обороты, ожерелье.
Саске поспешно кивнул. По праву старшего и более опытного, слияние техник всегда производил Итачи, задачей Саске было сохранять концентрацию и не допустить взаимного аннулирования техник. Саске всегда удивлялся странному единению с огромным светящимся Сусаноо. Он ощущался, как продолжения его собственного тела, огромное, невероятно сильное и в то же время послушное, как будто неотъемлемое, управляемое усилием мысли. Вот и рукоять преобразованного Кусанаги ощущалась в ладони фиолетового самурая почти также, как в его собственной руке – знакомо, привычно, органично. Но в какой-то момент меч как будто стало вытягивать из ладони, пока он окончательно не выскользнул, чтобы слиться с вращающимся шурикеном Ясакани. Итачи подержал их ещё немного с ладони, пока фиолетовый и алый цвета окончательно не смешались, и метнул технику прицельно, одновременно закрыв их обоих зеркалом-щитом. Саске был страшно рад, что красный щит был полупрозрачным, ведь он смог насладиться прекрасным видом: яркая вспышка разбила сформированную Нагато сферу, пронзила небо алыми и фиолетовыми лучами и сжалась в ослепительно-белую точку, а затем исчезла. Только обломки камней и деревьев и комья земли падали по сторонам, ударялись о щит и скатывались по его выгнутой поверхности вниз.
Саске перевёл дух и только тут вспомнил про Нагато. Им удалось разбить его сильнейшую технику и остаться невредимыми, но это вовсе не означало, что бой окончен. Но Итачи опередил его мысли – огненное лезвие меча Тоцука пронзило тело воскрешённого, Нагато замер, уставившись на братьев Учиха.
- Итачи? – едва слышно проговрил он. – Ты жив?
- Да. – Итачи выпрямился во весь рост и подошёл чуть ближе. – Я жив.
- Но как? – Нагато удивлённо моргнул.
- Это не так уж и важно. – Итачи подошёл ещё ближе, оставив Саске позади. – Твой бой окончен, Нагато. Меч запечатает тебя очень скоро. Я хочу успеть показать тебе кое-что. – Он стоял уже почти вплотную. – Посмотри мне в глаза.
Нагато послушно взглянул в глаза, чуть нахмурив брови и сжав кулаки. Но очень скоро залегшая между бровей морщинка разгладилась, взгляд стал мягче, а тонкие губы сложились в подобие улыбки.
- Это правда? – переспросил он, с надеждой взглянув на друга.
- Чистая правда, – ответил Итачи.
- Спасибо, – уже смелее улыбнулся Нагато, как будто расправив и расслабив плечи. – В моей жизни было не так много людей, которым я мог доверять. Ещё меньше тех, кого я мог бы назвать другом. Ты был и тем, и другим, Итачи.
- Я очень ценю твою дружбу и доверие, Нагато, – тихо проговорил Итачи, наблюдая, как тело Нагато разлеталось пеплом. – Покойся с миром.
Саске завороженно смотрел, как лёгкий ветерок уносит пепел. Уже рассеяв Сусаноо, Итачи ещё какое-то время стоял над распростёртым на земле трупом незнакомого худенького юноши, которого Тоби использовал в качестве вместилища для воскрешённого Нагато.
- Нам, нужно возвращаться, – проговорил он, взглянув на показавшееся над лесом солнце. – Необходимо отключить Эдо-Тенсей.
- Что ты показал ему? – спросил Саске, когда они пустились в обратный путь, перескакивая с ветки на ветку.
- Амаю, – просто ответил Итачи и увеличил скорость.
====== Глава 74. Нежданная встреча ======
Канкуро повёл плечами, не сводя глаз с лица отца. Он ничуть не изменился с того момента, как Канкуро видел его четыре года назад: глубокая складка между сведённых на переносице бровей, две морщины в уголках рта, придававшие лицу перманентно недовольное выражение, даже взгляд странноватых глаз с сизо-чёрными белками был неуловимо привычным – цепким, жёстким и уничижительным.
- Ну здравствуй, отец, – поприветствовал Канкуро. – Вот и увиделись. Хотя я, признаться, уже и не чаял, что выпадет мне такой счастливый билет.
- Что здесь творится, Канкуро? – как всегда не терпящим отлагательств и возражений тоном поинтересовался Четвёртый. – Кто тот человек в маске, который призвал сюда сильнейших шиноби всех времён и дал приказ атаковать объединённые силы какого-то Альянса.
