Ему хотелось быть сенсором. Тогда не пришлось бы бесконечно прочесывать делегацию взад и вперед с тем лишь только, чтобы убедиться, что никто не отстал, не оторвался и не отошел слишком далеко в сторону. Если бы он мог регистрировать чакру на расстоянии, как это делала, к примеру, Ино, то ему было достаточно только прикрыть веки и сконцентрироваться, чтобы увидеть своим внутренним глазом всех подопечных шиноби и расслабиться. Но такими способностями Нара не обладал, поэтому порядком устал и не преминул воспользоваться возможностью вздремнуть, утолив голод рисовой лепешкой и фруктами, которые заботливо подложила в его походный рюкзак вездесущая маман. Конечно, Темари обязательно подчеркнула бы, насколько жалким он выглядит с маминым сухим пайком в руках, но, в конце концов, ее здесь не было, а значит, он имел право на эту маленькую слабость.
Через полтора часа его разбудил звук повышенных голосов. Не открывая глаз, он смог различить запальчивые крики Наруто и издевательский тон Сая. Шикамару вздохнул. Всю вторую половину дня он не отходил далеко от взрывоопасного Акаши. Нет, сам АНБУ оставался спокоен в любых обстоятельствах, даже слишком спокоен, зато мог вывести из себя любого, кроме, пожалуй, Какаши-сенсея и Джирайи. Первый не сдавался только потому, что ему хватало ума отключать восприятие речей Акаши сразу после того, как в предложении появлялись отдельные, уже всем хорошо знакомые слова-якори, поэтому через определенное время общение с Какаши Саю просто надоедало. А Джирайя, наоборот, вдруг доставал из кармана блокнот и лихорадочно что-то записывал, временами просил Сая повторить предыдущую реплику или уточнить, что конкретно он имел в виду. Такое поведение Отшельника несколько обескураживало короля эпатажа, поэтому он старался держаться от эксцентричного мужчины подальше, выбирая другую жертву и вынуждая Шикамару не терять бдительности. Ночного привала Нара ждал, как избавления, но, судя по всему, его надеждам не суждено было сбыться.
Как и ожидалось, проблема не стоила и выеденного яйца, как бы крамольно это ни звучало в сложившихся обстоятельствах, и решилась путем применения Какаши-сенсеем обманного маневра с раменом, который, судя по всему, действовал на психику голодного Наруто гораздо сильнее, чем уже порядком поднадоевший Сай. Когда конфликт был исчерпан и все участники похода занялись, наконец, ужином, сам Копирующий пристроился под деревом с книгой, временами отвлекаясь на слишком громкие, по его мнению, выкрики кого-то из генинов, только чтобы убедиться лишний раз, что в перебранке не участвует Акаши.
- Вы вообще не будете есть во время нашего похода, Какаши-сан? – за его спиной неслышно возник Харука, который, присев на корточки, протягивал ему рисовую лепешку и кружку с кофе. – Или будете есть по ночам, как в прошлый раз? Это чертовски вредно для фигуры. Я даже боюсь предположить, какую длинную лекцию о здоровом питании прочитал бы Вам Гай-сан, узнай он о Вашем поведении, – губы туманника расплылись ехидной ухмылке.
- Вы не поверите, Харука-сан, но он-то как раз и посоветовал мне лечебное голодание в течение полутора дней, – парировал Какаши, откладывая книгу и краем глаза уловив появившегося на горизонте Джирайю с блокнотом и карандашом. – Он утверждает, что это для фигуры как раз очень полезно.
- Ему, безусловно, виднее, – ответил туманник. – Однако мне было показалось, что Вам доставляет неудобства Ваша маска. Если Вы стесняетесь, могу использовать Технику Скрывающего Тумана. Даже обещаю, что не стану подглядывать.
- Уверяю, в этом нет необходимости, – Копирующий улыбнулся, прищурив видимый глаз.
- Что Вы прячете под маской, Какаши-сан? – задал юноша прямой вопрос, увидев даже через плотную черную ткань, что собеседник открыл от неожиданности рот. – Наруто утверждает, что у вас кроличьи зубы или что-то вроде того, – поинтересовался Харука, наблюдая, как на не скрытом маской участке правой щеки Копирующего появляется подобие румянца.
- Насколько я помню, ни одна из его попыток увидеть мое лицо не увенчалась успехом, – скептически нахмурил брови Хатаке. – Пойду, проверю окрестности, – поспешно поднявшись и сунув в карман книгу, джонин скрылся между деревьями.
Туманник проводил его слегка удивленным взглядом – Какаши никогда не выходил из их импровизированных соревнований в красноречии настолько быстро и под таким прозаичным предлогом – и заметил, как жабий отшельник расстроенно покачал головой и убрал за пазуху свой блокнот.
