Спустившись вниз и стараясь не касаться покрытых плесенью стен, я осторожно прошелся до первого ответвления и заглянул за угол. Там были казармы. Несколько рядов двухъярусных кроватей с панцирными сетками и свернутыми по-армейски матрасами. Сломанные стулья, «столы-книжки», установленная в дальнем конце комнаты «буржуйка» с вмонтированной в стену трубой и четыре трупа. Двое из них валялись на полу, обнимая пустую коробку с консервами. Пара других лежали на кроватях, наспех прикрытые войлочными одеялами. Судя по обильным и практически симметричным пятнам крови на полу, первые перерезали глотки вторым, после чего убили друг друга, сражаясь за еду. Которую затем подобрал кто-то третий. Н-да. Печально.
Неожиданно перед глазами промелькнуло не только весьма странное оповещение, но и появилась указывающая направление серебристая нить.
Она была словно след. Второй кусочек мозаики только что расследованного мной преступления, ведущий в коридор к самому дальнему ответвлению. Однако следовать за ней я пока не спешил. Вместо этого решил тщательно изучить помещение. Покрошил скелетов на части, получив с них два белых камня и два зеленых. Покопался в вещах, в прикроватных тумбах. Заглянул в каждый уголок и, не обнаружив ничего полезного, приоткрыл дверцу в санузел. Воды, разумеется, ни в ржавом бойлере, ни в бачке не было. Зато я нашел черенок от швабры, таз, потрескавшийся кусок мыла и чудом сохранившийся рулон туалетной бумаги. Также под унитазом валялся разбухший от сырости порножурнал, но его я даже трогать не стал. Вернулся назад в коридор и направился дальше.
Следующая комната была целиком и полностью отведена под стеллажи с гидропоникой. Мешки с землей, с удобрениями, регуляторы кислотности. Пыльные бутылки с раствором Хогланда и давным-давно сгнившие растения. В целом, ничего из того, что могло бы мне пригодиться. Кроме разве что полипропиленового шпагата и садовой лопатки.
Их я сложил в общую кучу вблизи лестницы, после чего двинулся дальше. Подошел к предпоследней двери и опустил ладонь на обвитую паутиной пыльную ручку.
Внутри я увидел большой стол. Вокруг него — место, где, вероятно, проходили важные совещания и принятие стратегических решений. Пустые стулья, старые пожелтевшие карты, свисающие с потолка битые лампочки. Разбросанные обломки электроники и установленные по периметру шкафы с картотекой.
Пожалуй, из всех исследованных мной помещений именно это пострадало от сырости больше всего. Почти все документы превратились в рыхлые кучи, а сложенные пополам карты склеились и размякли. После череды осторожных попыток одну из них я все же кое-как развернул, однако за прошедшие десятилетия влага превратила чернила в грязные пятна. Так, что разобрать пометки и надписи было попросту невозможно.
Ясно. Стало быть, Диедарнис не хочет, чтобы мы знали, где находимся и куда необходимо идти. Либо старается по максимуму усложнить нам задачу.
Я практически вышел из комнаты, прежде чем перед глазами вновь промелькнуло странное сообщение:
«Так. Кажется, я что-то упустил», — я резко остановился.
Возвратившись, тщательно перерыл и вытряхнул каждый из ящиков. Заглянул под стол, под сиденья. Простучал стены, пол, потолок и, не обнаружив скрытых от глаз тайников, решил провести небольшой эксперимент: сжал в кулаке белый камень, повысив восприятие до шести.
— Угу, — кивнул я, подтверждая собственную догадку. Получается, проверка будет происходить каждый раз, как я повышу искомый параметр. Что ж, хорошо. У меня в запасе есть еще одиннадцать свободных очков, поэтому будем пробовать.
На этот раз я использовал зеленый камень. Получил сразу две дополнительные единички характеристик и вложил их туда же.
В следующую секунду на столе замерцала ламинированная карта. Причем скорее даже не материализовалась, а проявилась. Так, будто бы она всегда тут лежала. В то время как я, слепошарый и невнимательный, старательно ее игнорировал. Ходил по квартире в поисках телефона, подсвечивая каждый темный уголок фонариком от мобильника.
«Интересно, и сколько еще тут находится скрытых от моего взора полезных вещиц?»
Взяв карту в руки, я приступил к ее изучению.
Диаметром в тысячу километров большой круг с тридцатью шестью равноудаленными точками по всей длине окружности. Горы, реки, обведенные пунктирной линией зоны заражения. Красные пометки в виде черепов и некогда многомиллионный мегаполис по центру, с пририсованной сбоку зубастой акулой. Чуть ли не прямым текстом указывающей, что именно туда нам и надо.
