Выходит, я был прав, когда предположил, что одним из сценариев будет длительный марафон, сопряженный со смертельной опасностью и борьбой за выживание. Ведь если провести простую логическую параллель и прикинуть, что каждая из тридцати шести точек — участник рейда, то чтобы добраться до выхода, нам потребуется прошагать как минимум пятьсот километров по опасной глуши. Да еще и не сдохнуть при этом.
Скверно, ничего не скажешь. Однако во всей этой ситуации была и хорошая новость: Зиар вряд ли сумеет отыскать Гундахара в ближайшие дни.
Хотя, конечно, назвать это хорошей новостью можно было разве что с огромной натяжкой. Ибо помимо всего прочего оно также означало и то, что на достаточно длительный период времени каждый из нас будет предоставлен самому себе. И лично для меня это было крайне непривычно. В последний раз я путешествовал один на борту «России-17». Затем встретил Августа, и с тех самых пор рядом со мной постоянно кто-то да был. Хангвил, Герман, Глас… Харизматичный пройдоха, которого после поведанной им истории я не только не возненавидел, но и еще больше зауважал. Только по-настоящему любящий и совестливый человек станет переживать о брошенной в сердцах фразе на протяжении стольких лет. К тому же, я наконец-таки понял, почему он так обожает свои усы и без конца тырит вещи. Знал бы об этом раньше — никогда бы не подумал на него злиться.
Взглянув на оповещение, я недовольно дернул щекой и направился дальше. К последнему ответвлению со спиральной лестницей вниз.
Там я наткнулся на разграбленную кладовую. Изорванные коробки из-под продуктов, пустые холодильные камеры с плавающей на дне бурой жижей и целая груда мусора, состоящая из вскрытых консервных банок и до крошки выпотрошенных сухпайков. Там же буквально в четырех метрах от входа возвышалась большая сейфовая дверь с торчащей из нее монтировкой. Рядом — опаленные останки трупа, видимо решившего пробраться в хранилище при помощи динамита. И либо фитиль оказался слишком коротким, либо за годы хранения взрывчатое вещество потеряло стабильность.
Как бы то ни было, затея безымянного подрывника обернулась провалом — толстая дверь по-прежнему оставалась закрытой. А вот что у него получилось, так это оставить после себя синий камень, дарующий мне уже три свободных очка вместо двух.
Что ж, замечательно. Три единички параметров я вложил в восприятие, а затем ровно столько же нашел. Так что теперь у меня на балансе их снова стало двенадцать. Считай, восстановил статус-кво.
Я улыбнулся. Определенно, идея найти укрытие и подождать до утра оказалась хорошей. Ведь только благодаря этому я раздобыл для себя нехилое усиление. Которое, как мне кажется, отнюдь не является мелочью. Вряд ли Диедарнис позволит нам расти в уровнях. А если и позволит, то это будет либо мучительно сложно, либо останется всего-навсего цифрой без гарантии воскрешения.
Уверен, все будет именно так. Мрачный и суровый постапокалипсис в классическом для нас представлении.
Значит, я просто обязан вскрыть эту дверь, потому как за ней может быть спрятано много чего полезного. Главное, понять как.
Я подошел ближе. На всякий случай дернул за ручку и, убедившись, что хранилище действительно заперто, осмотрелся по сторонам.
Очередное оповещение, и в шаге от меня на полу появилось изображение икосаэдра, рядом с которым лежали три отмычки. Следом при более пристальном взгляде на дверь перед глазами проступила надпись: «Сложность замка: 18».
Я удивленно присвистнул.
Отныне сомнений не оставалось: планируя второй этап испытания, мегалодон частично вдохновлялся механикой «Подземелий и драконов». А это значит, что как только я вставлю отмычку в замочную скважину и нажму «применить» — произойдет бросок виртуального кубика. В данном случае двадцатигранного. Если выпадет восемнадцать и больше — дверь откроется. Если меньше — думаю, понятно.
Кроме того, если мне не изменяет память, то подобные манипуляции получали бонус от ловкости. Плюс один, плюс два, плюс три и так далее.
К сожалению, возможности убедиться в этом доподлинно не было, так как подсказки отсутствовали, однако я все равно вложил в параметр шесть свободных очков. Суммарно повысил ловкость до десяти единиц и вставил отмычку в замочную скважину.
Первая отмычка растворилась в воздухе, будто ее и не было. Я, в свою очередь, недовольно поморщился и взял в руки вторую.
Третью.
— Ну и что это такое?
Я простоял возле двери пару минут. Попробовал подолбить стену обухом топора, но быстро понял, что сломать ее не получится. Даже если вложу все оставшиеся очки в силу.
