Общине в Москве принадлежал дом на Малой Якиманке. При ней работали аптека, хирургическая и терапевтическая клиника (с лучшими врачами города), а также велся амбулаторный прием. Бесплатная амбулаторная помощь в Москве была весьма распространена, к началу ХХ века число таких заведений достигло двадцати одного (из них четыре – при общинах сестер милосердия). Сложнее дело обстояло с бесплатным лечением в стационаре, здесь требовались серьезные денежные средства, которые шли в основном в городские больницы. К 1900 году эти клиники совокупно могли обеспечить бесплатными местами 1800 человек, но общинам сестер милосердия подобная практика была не под силу. Иверская община оказалась исключением, выделив для пациентов четыре бесплатные кровати. За всеми без исключения больными был налажен квалифицированный уход, отличавшийся еще и чутким отношением.
Сестрам выдавалось жалованье от двух до пяти рублей в месяц, они могли пользоваться общим столом, получали бесплатную одежду и необходимые вещи. Многих привлекала возможность приобрести таким путем медицинское образование вместе с практическими навыками. Так в общине оказалась Мария Александровна Цветаева (урожденная Мейн), вторая жена профессора Ивана Цветаева и мать поэтессы Марины Цветаевой. Ее младшая дочь Анастасия напишет в воспоминаниях: «И были мирные часы сидения возле мамы, читавшей томики немецких стихов или разбиравшей лекарства, взвешивавшей их на крошечных весах с роговыми чашечками (мама страстно интересовалась медициной, работала сестрой милосердия в Иверской общине). Пустые пузырьки (из-под лекарств) с заостренным носиком сбоку, чтобы капать, круглые и овальные коробочки с узором цветочков, аккуратные и изящные веера рецептов, гофрированные зонтики бумажных колпачков пузырьков, от которых пахло таинственно, нежно, и хотелось сохранить их навеки».
Следующим шагом Елизаветы Федоровны на пути милосердия стало создание в феврале 1899 года Дамского благотворительного общества попечения о приемных покоях при полицейских домах Москвы. В задачи организации входила забота об облегчении участи попавших в эти покои больных и о правильной организации оказания первой медицинской помощи (включая доставку в больницу) в тех случаях, когда требовалось участие полиции. В сферу внимания общества попали также заблудившиеся или нуждающиеся в защите дети, старики или душевнобольные, оказавшиеся в полиции и ожидающие своей дальнейшей участи. Кроме того, благотворители обустраивали приемные покои и арестантские помещения, следили за размещением больных соответственно их полу, званию и возрасту, проверяли качество их питания, обеспечивали нуждающихся бельем и одеждой, пеклись о скорейшем решении их вопроса, старались нравственно поддерживать страдающих.
Члены общества платили ежегодные взносы, принимали пожертвования и устраивали благотворительные мероприятия. Покровительство же Великой княгини способствовало уважительному отношению к организации со стороны властей. Однако Елизавета Федоровна принимала в работе общества и личное активное участие. Она знакомилась со всеми возникавшими по ходу деятельности проблемами, стараясь найти их решение. Как добиться новых финансовых поступлений и не объявить ли новый кружечный сбор? Не преобразовать ли Центральный приемный покой, куда уже приглашен врач-психиатр, в специализированный для душевнобольных? Не приобрести ли обществу собственный экипаж для перевозки больных, чтобы не пересаживать их из кареты в карету, причиняя неудобства? Почему бы не создать при покоях библиотеку для больных и не снабдить персонал медицинской литературой? Все указанные вопросы будут благополучно претворены в жизнь.
Одновременно (с 1895 года) Великая княгиня занималась важной проблемой реабилитации бывших заключенных, возглавляя Дамский благотворительно-тюремный комитет. Это было давнее и традиционное направление в российской благотворительности. Еще с двадцатых годов XIX века в обеих столицах существовали Попечительные о тюрьмах общества, находившиеся под покровительством императора и императрицы. В середине девяностых они были реорганизованы в благотворительно-тюремные комитеты (мужские и дамские), взявшие на себя заботы о вышедших на свободу осужденных.
