— Правый борт! Огонь! — вторил капитану Элгар, проносясь мимо меня, но едва отдал команду, вернулся и, под грохот уже наших орудий, поволок меня в сторону, — Сядь здесь! — крикнул он, но я поняла лишь по жестам.
Опустившись на какой-то ящик, меж двух пушек, я закрыла уши ладонями и инстинктивно пригнулась, когда щепки полетели снова. «Викинг» трясло и качало теперь не только от пятибалльного шторма, но и от отдачи, и от метких попаданий противника. Увесистые ядра пробивали фальшборт, ломали деревянные крепления такелажа и, кажется, уже изрешетили обшивку.
— В главном трюме течь, капитан! — доложил какой-то парень, выпрыгивая из люка.
— Так их мать! Кто позволил этим недоноскам дырявить мой корабль?!! — в гневе расточался Дэрэк, — А ну, бомбы тащи!
— Зарядить бомбами! Правый борт! — вторил Элгар, но я видела отсюда, как он занервничал.
Едва канониры бросились выполнять приказ, Эл подбежал ко мне, склонился и за запястье отвел руку от уха, потому что я так и не сообразила этого сделать.
— Найди Хотара! Он в трюме!
Я озадаченно заморгала, шокированная этой новостью, и не сразу сопоставила факты.
— Вниз, Уна! Быстрее! — тревожным криком пробудил меня Элгар, и я, не разгибаясь, полетела к люку, почти на четвереньках, добралась, прыгнула вниз, пронеслась по следующей лестнице, по нижней оружейной палубе, с трудом отыскала проход в трюм.
Люк был распахнут, но внизу разливалась кромешная, непроглядная тьма. Схватив один из повешенных Рианом фонарей, я осветила проем, разглядела ветхую лестницу и осторожно спустилась. Под ботинками зачавкала вода и плавающие в ней разлохмаченные канаты. В нос ударил запах навоза. Свет фонаря лизнул по зеленоватым стенам… Бочки, тряпки, веревки, сети, пакля, торчащая из щелей, как шерсть.
— Хотар! — позвала я, не в силах больше тут находиться, — Хотар, ты где?!
Но ответом мне была тишина, и пришлось идти дальше, вглубь этого сырого, затхлого и мертвецки холодного свинарника. Фонарь высветил в луже маленький сапожок, и мое сердце на миг застыло, сдавливая грудь, а потом застучало, едва не проламывая ребра.
— Хотар! — не своим голосом заорала я, бросаясь на колени, выуживая бесчувственное тельце из воды. Мокрые волосы облепили его бледное, пугающе спокойное лицо, но даже в этом полумраке я заметила темный блеск на виске — густой кровоподтек.
Не помня себя, я подняла мальчишку на руки и, плюнув на фонарь, по памяти зашагала назад, на свет из открытого люка, спотыкаясь, едва не падая. Ботинки путались в мокрой ветоши, словно трюм был живой и желал всеми силами удержать меня здесь… до конца. Но я шагала, шатаясь, прижимая Хотара к груди, а по щекам катились слезы, подбородок дрожал, губы кривились, еле сдерживая отчаянный вопль. По трещащим ступеням я выбралась наверх, поднялась было на ноги, выпрямилась, чтобы идти дальше… Оглушающий грохот раздался где-то позади, и взрывная волна опрокинула нас с Хотаром, щедро посыпая мою спину и голову щепками и обломками бортовых балок. Накрыв собой мальчишку, я приготовилась к следующему, возможно последнему для нас, залпу медерийского пинаса. Но Хотар вдруг пошевелился, открыл глаза и удивленно заморгал на меня.
— Ун, ты чего?.. — шепотом пробормотал он.
— Я… — совершенно растерявшись от радости, я глядела на него с дурацкой улыбкой и совершенно не соображала, что ему ответить, — Ты в порядке? Голова не кружится? Что с тобой случилось?! — вместо ответа, посыпала вопросами я.
— Не знаю, — пожал плечами мальчишка, хмурясь, пытаясь хоть что-то вспомнить, — Был какой-то вз-рыв… Потом вок-руг что-то порушилось, и мне, кажется, п-рилетело в лоб.
Я расхохоталась сквозь слезы, отирая рукавом его мокрую мордаху, и даже не сразу заметила, как четко Хотар стал выговаривать «Р» с перепугу.
— А я несла тебя наверх, думала Эл поможет… Эти твари, кажется, опять дали по нам залп, и… мы с тобой вот, здесь, — развела руками я.
— Мы упали? — заулыбался волчонок.
— Ага! — хохотала я, в нездоровой истерике, и Хотар, заразившись, залился вместе со мной.
За нашими спинами грянул финальный залп… но не с пинаса, а с нашего борта. И уже через минуту с верхней палубы, по всему кораблю прошелся ликующий победный клич пиратов. Мы с мальчишкой переглянулись и нервно хмыкнули хором, потому что и он, и я сидели с распахнутыми от удивления ртами.
— Наши победили?.. — неуверенно шепнул он.
— Похоже на то… — тоже шепотом отвечала я, прислушиваясь.
Несколько минут спустя с лестницы донеслись торопливые шаги. На палубу сбежал Элгар и, отыскав нас взглядом, бросился сразу к Хотару, чтобы осмотреть рану.
— Чем это его так… приложило? — хмурясь, спросил он, осторожно раздвигая пальцами слипшиеся пряди.
— Кажется, отлетевшей балкой, — доложила я.
— «Кажется»? Ты что… не видела, чем?! — нервничая, вспылил Эл.
— Нет, не видела! — его же тоном отфутболила я, — Меня там не было. Думаю, его ранило, когда пробили брешь. Я нашла его в трюме без сознания.
Элгар наконец-то отвлекся от головы мальчишки и взглянул на меня, остывая, с сожалением и, кажется, даже с чувством вины.
