— Нет, просто… — у меня заныл живот. Чувствовала, что посыплюсь сейчас со своим экспромтов, но останавливаться уже поздновато.
— Да пираты девку укатали, не видишь что ли? — пришел на помощь одноглазый, проводя пятерней по моей макушке.
Судя по тому, что Ленц уже минуту растирал большим пальцем мое запястье, он согласился бы сейчас поверить в любую чушь. Пока он пил, мне ничего не оставалось кроме как лицезреть довольную физиономию своего подельника. Сам одноглазый пристально наблюдал за Ленцом, и с каждой секундой улыбка его становилась все шире. Я смутно припомнила книгу Юми, то место, где она описывала подобный нехитрый обряд. «Разделить трапезу» для вампиров означало не просто совместное испитие. Знак наивысшего доверия, признания равенства. Темные скрепляли чужой кровью крупные договоры и примирялись с врагами. Отказавшись от этого акта, можно было нанести личное оскорбление угощателю. Именно на этом кодексе сыграл одноглазый, фактически вынудив Ленца отведать моей «опасной» крови.
— Странный вкус… — негромко заметил вампир, хмуря брови.
— Неужели?.. Хм, не думал… — смеясь, отозвался одноглазый и принял у него мою руку, поднес к губам, но лишь поводил носом над ранками. Отпустил и завел ладонь за спину… Древние встретились взглядами, и воздух ощутимо сгустился, стал горячим, как в сауне. Или это меня бросило в жар от осознания, что я между молотом и наковальней.
— В чем дело, Фарид?! — гневно воскликнул Ленц, шарахнув ладонью по столу.
Одноглазый расхохотался и тоже шарахнул по столу, пригвоздив руку Ленца кинжалом к столешнице. Я вжалась в плюшевый подголовник.
— Как себя чувствуешь, братец?! — скалясь, осведомился Фарид, — Как тебе наша свеженькая гостья, а?! — он свободной рукой подгреб меня к себе, сдавил живот, но теперь я могла видеть позеленевшее от ужаса лицо ученого, — Неделю как из «нового». Правда, она умница? Что молчишь, Ленц?! Язык проглотил?!
— Сукин сын… — едва дыша от возмущения, прорычал Ленц.
— Он самый, — радостно согласился одноглазый, — Ну, что? Может, прогуляешься до порта, прикупишь местного рому? Ммм? Выпьешь… — он резко выдернул кинжал, и с ладони на стол засочилась бурая кровь древнего, — …за мое здоровье. А, Ленц?!
— Я выпью за упокой твоей треклятой души! — взревел Ленц, поднимаясь с места.
Одноглазый среагировал моментально, вовремя отскочив назад, сразу на середину зала, к счастью, не забыв прихватить меня с собой. Кудри скрыли потемневшее лицо ученого. Лишь плотно сжатые, подрагивающие губы выдавали готовность вампира напасть. Я попыталась вырваться из лап его врага, опасаясь, что так или иначе меня непременно заденет, но древний уверенно врос ногами в пол и держал меня крепко, с улыбкой глядя на Ленца, будто ждал чего-то. Ленц по привычке поднял ладонь, чтобы оглушить противника воздушной волной… и замер, глядя на зарубцевавшуюся рану.
— Какого…
Откуда-то из-под потолка огромного зала послышался треск. Лишь спустя какое-то время я поняла, что это… аплодисменты! Огляделась. На балконах второго и третьего уровня собралось едва ли не все древнее «братство». Загалдели голоса, зашелестели усмешки. В полумраке с высоты бесшумно спикировало несколько фигур. Быстрым шагом они преодолели расстояние до нас.
— Браво, Фарид! — с заговорщицкой улыбкой похвалил одноглазого сам Теодор.
— Какого черта?! Что за шутки?! — вышел из рекреации одураченный Ленц, грозно хмурясь.
— Надеюсь, эта невинная шутка многому тебя научит, мой дорогой друг, — невозмутимо отвечал Теодор, сцепив пальцы в замок, — Эта девушка действительно из «нового» и… как я понимаю, совсем недавно, — он обернулся к Фариду и заручился его уверенным кивком, — Но, как видишь… ты вовсе не утратил своей силы, — пожал костлявыми плечами древний, — Равно как и все те… кто пил ее раньше, — он шагнул ко мне, протянул широченную ладонь, — Ты позволишь?.. — учтиво качнул головой Теодор.
Я с готовностью протянула ему левую руку, полагая, что все самое худшее уже позади, и можно расслабиться. Продемонстрировав Ленцу две пары отметин, древний «главарь» ожидал от ученого смирения, но не тут то было. Ленц скептически фыркнул.
— Чей этот след? — поинтересовался Теодор, слегка надавив на ранки побольше и посвежее.
— Капитан Дэрэк, — буркнула я, брезгливо морща лоб.
Древний коротко хохотнул.
— Вот! Чем тебе ни «живой пример»?
— Это еще ничего не значит. Возможно ее кровь станет Истоком только при определенных условиях. К примеру…
— Айна тебя побери! Ленц! — взбеленился Теодор, — Когда, наконец, твои мозги встанут на место?!
Нервно отчесав назад кудрявую копну, ученый влетел в рекреацию, сгреб в охапку бумаги и поспешно покинул зал, с крайне оскорбленным видом. Теодор глубоко вздохнул.
— Ну, что ж, господа… Полагаю, он безнадежен. Ты был прав, Фарид, — констатировал он, медленно проходя к мягким диванам.
Остальные последовали за ним. Я попыталась остаться, но одноглазый настойчиво толкал меня обратно к столу.
— Эй! Я все сделала. Хватит. Мне нечего больше тут делать! — повернувшись к Фариду, возмущенно зашипела я.
