— Да, Доминик, — ни секунды не думая и не давая ему закончить опасную для его жизни фразу, ответила я, — Жить без него… Даже если бы ТАМ был сущий Рай… Мне не нужна такая жизнь. Без Элгара… не нужна… — неожиданно для самой себя осознала я.
Напугала непривычная тишина. Я огляделась вокруг и поняла, что хищники смотрят на меня, все трое, неотрывно следят за мной, затаив дыхание и слушают… Доминик шумно вздохнул, прерывая напряженное молчание. Джулиан занялся угасающим костром. И только девушка все еще изумленно таращилась на меня, разглядывала, заново изучая и, возможно, даже сканируя. От столь пристального внимания незнакомой хищницы стало не по себе.
— Хотя бы природу ее ты можешь мне сказать?.. — буркнула я, почти утыкаясь носом в плечо Доминика.
Парень скосился на соучастницу, тоже отмечая ее нездоровый интерес ко мне.
— Вампирша… — скучающим тоном выдал он, вновь уходя с головой в раздумья.
«Чудненько…» — фыркнула я про себя.
— Расслабься, сладкая! — громко усмехнулась хищница, возвращаясь из своего загадочного ступора, — Кстати, мальчики! — развеселилась она, вскакивая на ноги, — Я совсем забыла! Есть у меня одна «вкусняшка», чтоб развеять вашу скуку… — интригующе понизила тон она, выуживая из-под полы дорожного плаща большую сумку.
Порывшись в ней, девчонка радостно подняла над головой вытянутую бутылку, оплетенную кожаными шнурками. Доминик не слишком бурно отреагировал на сей «презент», а вот Джулиан приложился сразу. Подержал густой напиток во рту, покатал по небу, глотнул… и похотливо замычал от удовольствия.
— Что-то восточное… — стараясь угадать происхождение и состав напитка, поднял указательный палец Джи, облизывая губы.
— Ага. На са-у-ля-ин-ке, — с трудом выговорила она, — Тьфу! Язык сломаешь… Из Саула-ина короче.
Теперь уже я стала приглядываться к рыжей внимательнее. Состав напитка меня лично волновал мало, но вот ее фраза о местных названиях… «Она что… тоже?.. Неужели из „нового“?» — хмурилась я, изучая горделивую осанку и подростковую небрежность движений рыжеволосой вампирши.
— Дом, отличная настойка! — выводя брата из депрессии, махнул бутылкой Джулиан, — Ты должен это попробовать! — сдвинув брови в наигранной мольбе, он приложился к напитку еще разок.
Доминик поднялся, разминая ноги, и нехотя поплелся к костру, но, как мне показалось, вовсе не для того, чтобы продегустировать заморское пойло, а лишь чтобы уйти, отдохнуть от моего взгляда, от бесконечного, удушающего чувства вины, забыться… хоть на какое-то время. Я, видимо, с такой тоской проводила его, что девчонка усмехнулась:
— Прости, тебе не предлагаю… — развела руками она, и я только теперь вдумалась, что означают их с Джулианом хитрые ухмылки.
«Настойка „на ком-то“?! На крови, очевидно…» Сцепив пальцы в замок, я уткнулась в них носом и прикрыла горячие от соли веки, чтобы, как и Доминик, попытаться ненадолго забыться, чтоб не сойти с ума от всего, что происходит со мной сейчас… и от мыслей о том, что произойдет в ближайшем будущем.
Наемники лениво ссорились за право отдыха. Проспавший весь день Джулиан совершенно не желал уступать брату дневушку и уж тем более «развлекать меня», как он выразился. Но Доминик уже едва изъяснялся, устав от морального груза больше, чем если бы пробатрачил двенадцать часов на каменоломне. Да и выпивка, наверное, сказалась. Такое количество горючки могло свалить даже волка.
— Да не грызитесь вы, — усмехнулась над ними девчонка, — Я присмотрю за ней. Разбужу, если что.
Ни Джулиан, ни Доминик и не подумали ей возразить. И я осторожно подняла голову, украдкой глянув в сторону костра. Иначе, как очередным предательством я не могла назвать их беспечность. Оба уже дрыхли без задних ног! А вампирша… встретив мой затравленный взгляд, бесшумно поднялась, потянула шнурок под горлом, освобождаясь от тяжелого плаща, внимательно осмотрела спящих братьев и уверенно двинулась ко мне. Мягкими, осторожными шагами, как кошка, поблескивая в темноте изумрудными глазами, с хищным прищуром и блуждающей улыбкой на бледно-розовых губах, заворожено изучая меня с ног до головы… Я опомнилась, уводя от вампирши взгляд. Прочный темно-зеленый костюм облегал ее некрупную, но изящно-вытянутую фигурку. Он был похож на облачение наемников. Множество карманов, эластичная, не стесняющая движений ткань. На талии хищницы вместо ремня была широкая кожаная разгрузка с разнообразными склянками и небольшими метательными кортиками. Внезапно вместо них передо мной возникло ее фарфоровое лицо. Я дернулась назад, вжимаясь в скалистую стену, с надеждой обернулась на костер, но девчонка приложила палец к губам.
— Тшш… Не бойся, — она мелодично похихикала над моей перепуганной миной.
