– Каллум, – мой голос вновь обрел силу, – я справлюсь. Дай мне шанс доказать это. Разве ты не доверяешь мне?
Его глаза вновь вспыхнули раздражением.
– Я хочу, но не могу. Это привилегия, Элли. Позволить твоей импульсивности управлять жизнью.
Не успела я обрушить на него поток аргументов, как Каллум отступил. Всего на шаг, но тепло между нашими телами исчезло. Мне внезапно стало… холодно.
– Ты не глупа, но безрассудна. Ты поддаешься провокациям и легко теряешь голову во время боя. Тебе еще многому нужно учиться, Элли. – Он развернулся, чтобы уйти, но случайно пнул пластиковый стаканчик, который все это время стоял на сухой земле.
Стаканчик упал, покатился, и молочный чай расплескался по траве.
– Черт, прости, – пробормотал Каллум, нагнувшись, чтобы поднять стакан с остатками напитка.
Я могла бы усмехнуться, отметив, что и Каллуму есть чему поучиться. Но я застыла, наблюдая, как жидкость постепенно впитывается в сухую степную землю.
Что-то щелкнуло в моей голове.
– Ты соврал мне.
Брови Каллума сошлись на переносице, пока он медленно выпрямлялся.
– Ты соврал, когда сказал, что тебя там не было. – Я отступила на шаг, не в силах поднять взгляд. Мои глаза были прикованы к стакану в его руках. – Ты был в том магазине. В моем городе. В день, когда меня застрелили.
Дыхание участилось, но я заставила себя посмотреть на Каллума, стоящего передо мной.
– Ты уже был бойцом в день нашего знакомства десять лет назад, не так ли.
– Элли, я не…
– Ты стал бойцом в три года. Тебя приютил Хитори. Как ты тогда оказался в моем городе? В моей школе. И потом исчез. Почему, Каллум? – прошептала я, не в силах совладать с голосом. – Откуда ты это знал? Откуда ты знал, что я умру в тот день в продуктовом?
– Я не знал, Элли, – ответил он непоколебимо.
– Но ты соврал.
Мой мир вновь перевернулся. Я не могла это контролировать. Все, что мне сейчас было необходимо, – это простое объяснение. Откуда. Почему. И зачем. Если бы Каллум ответил на эти вопросы, возможно, все встало бы на свои места. Но он решил молчать.
– Элли… – Каллум сделал шаг навстречу, но я тут же отшатнулась.
Его глубокий изумрудный взгляд захватил мой. Не позволяя отступать. Заставляя молчать.
– Ты был в том магазине. Ты был в моем городе и в том продуктовом. – Туманные воспоминания наконец прояснились. – Это… Организация заранее знает, кто станет бойцом? Поэтому ты был там? Поэтому подружился со мной в школе? Ты знал, что я когда-нибудь стану бойцом?
– Это не так, Элли.
– Да неужели?! – Я всплеснула руками, покачав головой. – Не смей этого отрицать. И не смей нести ту чушь про помутненное сознание. Я все помню. Что ты там делал? Что ты делал в том магазине?
– Я наблюдал кое за кем, – невозмутимо ответил Каллум. – Но не за тобой.
Почему-то его спокойствие взбесило меня еще сильнее.
– В том магазине были только я, моя одноклассница и кассир-прогульщик. За кем из нас ты мог наблюдать, а, Каллум?
– Я не знал, что ты станешь бойцом.
– Глупости! Ты знал, что появятся грабители и попробуют застрелить одного из нас?
– Я не знал, что ты станешь бойцом именно в тот день.
Я чуть не потеряла равновесие. И замолчала на несколько секунд.
Каллум держался спокойно, непоколебимо. Холодно. И лишь смятый пластиковый стакан в его кулаке выдавал эмоции.
– Превосходно. Ответь лучше на другой вопрос. Грабители пришли в наш продуктовый не просто так, да?
Тишина.
– Грабители… – Я сделала резкий вдох. – Та атака на магазин была подстроена, чтобы спровоцировать мою смерть?
Взгляд Каллума сделался тяжелым. Плечи расправились. Он не скажет больше ни слова. Не отступит от своего. Как и я.
– Если ты не скажешь правду, я добуду ее сама, Каллум.
Я не угрожала. Я собиралась это сделать. Докопаться до правды во что бы то ни стало. И первым делом стоило вернуться в штаб и поговорить с Пёрл. Она должна была знать больше других.
Я крутанулась на пятках, чтобы вернуться в бар и вытащить оттуда Эйприла.
– Элли, – окликнул меня Каллум, – мы не договорили.
Я обернулась к нему, продолжая идти спиной к бару.
– А смысл? – Я развела руками. – Это ведь ты у нас любитель сбегать посреди диалога.
Глаза Каллума опасно сверкнули. Лицо ожесточилось. Но я тут же отвернулась от него. Каждый раз, когда наши разговоры заходили на опасную территорию, Каллум сбегал. Пусть бежит и сейчас. И оставит меня в покое.
Злость и обида обжигали глаза и горло. Я шла, но дороги перед собой не видела. Почему Каллум оказался в моем городе? Он знал, что я стану бойцом, но солгал? Он знал об этом, когда мы были просто детьми и учились в одной школе?
Организация не должна была располагать такой информацией. Мы становились бойцами только после смерти. И только тогда организация узнавала о нашем существовании. Так говорил Эйприл. Так считали все бойцы.
Почему тогда Каллум пришел ко мне в день моей смерти?