– Вот дьявол, – досадливо пробормотала она. – Не моей. То есть и моей тоже, но все‑таки больше – его. Как ты отреагируешь, если Жорота переклинит, и он нападет? Я вынуждена буду защищаться! Подобный шанс очень мал, но он есть!
– Если что, Лонг меня приведет в порядок.
– Ты уверен? Пойми, этот раз я могу обойтись без тебя. Но дальше – никак! Если с тобой что‑то случится – я не умру, конечно, но могу сойти с ума.
В ответ на недоверчивый взгляд Роджера, Арика усмехнулась:
– Поговори с Жоротом. Сумасшествие – бич тех, кто рискует уходить в Проверки. Чаще это случается в процессе. Но бывает и после – когда реальность Проверки медленно и верно захватывает доминирующую роль в сознании уже «вышедшего» человека. Или существа, – неважно.
Роджер задержал шаг, медленно кивнул:
– Я активировал кое‑что, чтоб наверняка не было необратимого конфликта.
Наконец они подошли к кабинету колдуна. Арика толкнула дверь.
Тойди склонился над столом, заставленным кучей каких‑то вещей. Он первый поднял голову и оторопел. Но промолчал. Жорот, копающийся на книжной полке, обернулся не сразу. Женщина терпеливо дождалась, пока это произойдет. Сообразив, кто пришел, колдун замер на несколько мгновений, потом аккуратно положил книгу на одну из полок и выпрямился.
– Ты? – На лице появилось выражение неуверенной радости.
Арика же, напротив, побледнела настолько, что показалось, она сейчас потеряет сознание.
– Я, – глухо сказал она. – Отошли мальчика, пожалуйста.
Тойди перевел взгляд на учителя и, дождавшись его кивка, исчез за дверью.
– Ты решилась, – медленно сказал Жорот.
– Ты ведь этого хотел, так? – Ее голос прерывался, хотя Арика всеми силами старалась говорить ровно.
– Тебе плохо? – он быстро шагнул в ее сторону, но Арика отшатнулась и побледнела еще больше, хоть это и казалось невозможным.
– Не надо, – с усилием сказала она. – Не подходи пожалуйста.
Жорот отступил назад. И, встревоженный, стал свивать ленту заклинания. Арика усмехнулась дрожащими губами:
– Проверяешь? Только не сильно много колдуй, а то я могу подумать не то.
– На тройное не подумаешь? – уточнил он, и Арика увидела, что «ленты» зависли, недостроенные.
– Не подумаю, – она тем временем вцепилась в Роджера и почувствовала себя уверенней.
– Ты изменилась, – заметил Жорот, когда ленты растворились.
– Еще бы! – дрожащими губами усмехнулась она. – Тело‑то другое.
– Тело… Ладно. Что случилось, Арика?
Роджер неожиданно обнял ее за плечи, и Арика успокоилась настолько, насколько это вообще было возможно. Переведя дыхание, она довольно твердо смогла взглянуть на колдуна.
– Это Проверка, – наконец собралась женщина с силами. – Я прошла ее снова, чтобы получить нынешнее тело. Конец твоих Проверок тоже…
– Смерть, – кивнул колдун. – Очень реальная.
– Убил меня ты. Точнее, «съел». По всем правилам.
Жорот тоже побледнел:
– Но это же, – тихо сказал он. – Четыре месяца пыток!..
Арика нашла силы кивнуть.
– У нас Проверка всегда длится дольше. В тот, первый раз, моя была пять месяцев, сейчас – почти семь.
На лице колдуна появилось беспомощное выражение, плечи дрогнули, на лбу и у рта резко обозначились морщины.
Арика устало сказала, глядя в сторону:
– Мне нужно время, чтобы опять привыкнуть к тебе.
Жорот тихо спросил:
– А ты сможешь?
Лицо Арики вдруг исказилось. Она бросила на колдуна ненавидящий взгляд, но тут же, взяв себя в руки, расслабилась, закрыв глаза. Когда женщина подняла веки, только хриплый голос напоминал о прошедшей вспышке:
– Ты лучше о себе позаботься.
Жорот вопросительно поднял брови.
– Вот, – Арика вытащила что‑то из кармана и, не вытягивая далеко руку, показала лежащую на ладони небольшую – с фалангу пальца – прозрачную зеленоватую трубочку с еле видимым огоньком внутри.
Колдун нахмурился – он был растерян:
– Откуда? Подожди‑ка, – он замер, потом на его ладони появилась точно такая же трубочка – одна к одной. На этот раз нахмуриться была очередь Арики.
– Двойники? Интересно, только по виду или и по свойствам?
Жорот спокойно сказал:
– Свойство у них только одно.
– Что это? – резко спросила женщина. – Я знаю только, что если ее разбить – ты умрешь.
– Называют по‑разному. Душа. Жизнь. Талисман. Фиал. Я – никак, название не суть важно. Маг, на определенном этапе, создает это вне зависимости от своего желания. Я, например, просто нашел утром в постели. В Клане создание этой штуки считается основным признаком самостоятельности – как мага. В Сообществе подобное условие не обязательно. Черные, по слухам, отдают ее своей Силе.
– Они все одинаковые – по внешнему виду? – вмешался Роджер.
– Они все прозрачные и с огоньками внутри – на этом сходство кончается. Размеры, цвета, формы – самые разные. Считается, что предмет увеличивается пропорционально честолюбию создателя, – колдун чуть улыбнулся, – в пору моего ученичества ходил анекдот о талисмане величиной со шкаф, который при появлении пришиб своего обладателя. Про карьеристов так и говорили – он всеми силами растит надгробный талисман.
– И что? – усмехнулась Арика. – Талисман разбился? Тот, со шкаф?
Жорот покачал головой:
