Привязанности Эмиля, какъ теб извстно, еще очень ограниченны. Какъ бы ни были малы дти, они уже удивительно хорошо умютъ различить истинныя чувства къ нимъ людей. Они любятъ тхъ, кто любятъ ихъ; любезничанье, заигрываніе, ласки не обманываютъ ихъ. Я часто встрчаю у г-жи Уарингтонъ молодую вдову, которая увряетъ, что обожаетъ дтей. Зачмъ природа не дала ихъ ей ни одного? Отъ этой мысли она готова упасть въ обморокъ. Я подозрваю, однако, что онa не способна чувствовать материнскую любовь, потому что Эмиль не можетъ терпть ее.
Дйствительно, какъ ты говоришь, мы должны находиться подъ вліяніемъ вншнихъ предметовъ. Отчего происходитъ, что мн нравится прогулка по извстной тропинк, каждый разъ, когда я получаю твои письма. Отчего, когда я особенно скучна, мн хочется непремнно сидть подъ тнью извстнаго дерева? Какъ объяснить связь, существующую для меня между такимъ-то утесомъ и мгновеннымъ нравственнымъ упадкомъ духа? Кажется, только море даетъ отвтъ на всякое состояніе души.
30 Октября 185…
Эмиль еще не говоритъ, но мы понимаемъ другъ друга. Дти прежде, нежели начнутъ произносить слова, выражаютъ радость, удивленіе, страхъ и боль криками и естественными восклицаніями, смыслъ которыхъ матери рдко не понимаютъ. Это не слова, но во всякомъ случа языкъ. Слова разв ясне выразили бы впечатлнія моего сына? Сомнваюсь. Притомъ, другой родъ выраженія былъ ли бы такъ свойственъ ему? Когда онъ хочетъ разсказать про собаку, онъ старается подражать ея лаю. Если въ то время какъ Жоржія носитъ его гулять было втрено, онъ разсказываетъ мн объ этомъ, дуя особеннымъ образомъ. Встртилъ ли онъ на дорог стадо овецъ или коровъ, онъ передаетъ мн это звуками, которые я понимаю. Несмотря на наслажденіе, доставляемое мн этимъ я начинаю безпокоиться. Не слишкомъ ли многое я предоставляю его природ? Не буду ли я современемъ причиной какой нибудь его нравственной болзни? Г-жа Уарингтонъ, съ которой я совтовалась объ этомъ, и которая, въ качеств жены доктора, сама сдлалась отчасти докторомъ, старается успокоить меня, увряя что это часто случается съ дтьми воспитанными въ деревн.
Не таково ли происхожденіе человческихъ языковъ? Теб, можетъ быть, покажется смшною моя мысль; но разв шумъ лсовъ, голоса животныхъ и различные звуки природы не могли способствовать, первоначальному происхожденію слова человка въ его дикомъ состояніи.
10 ноября 185…
Не знаю, любезный Эразмъ, скоро ли я доставлю теб эти письма. Мсяцы идутъ за мсяцами, а я все еще жду случая. Конечно, все то что я пишу, не можетъ обезпокоить правительство. Эмиль не заговорщикъ, а я люблю всего больше писать теб объ немъ. Тмъ не мене я думаю, что никому нтъ дла до нашихъ чувствъ и надеждъ, и мн пріятне сжечь мои письма, нежели позволить читать ихъ другимъ.
Эмиль сегодня очень разгнвался. Почему? Мы сами, считающіе себя людьми разумными, не знаемъ часто причини нашего неудовольствія. Облако затемнило небо, платье жнетъ, гд нибудь муха жужжить подъ ухомъ — этого достаточно для того, чтобъ мы были не въ дух. Какъ бы то ни было, Жоржія, увидя что Эмиль злится, подставила ему зеркало. Это произвело удивительное дйствіе, Онъ успокоился, какъ будто бы устыдясь или испугавшись своего лица.
Я держу данное теб общаніе: читаю, учусь, работаю, чтобъ быть современемъ способной учить Эмиля. Ты не узналъ бы меня. Я сдлалась такой серьозной.
Ты знаешь, что я всегда любила ботанику. Случай даетъ мн возможность заниматься нсколько мсяцевъ приморскою флорою.
Растенія здшнихъ береговыхъ песковъ очень роскошны и разнообразны. Между ними и моремъ такъ много общаго. Близь рыбацкой деревни Ньюлина находится пещера, которая славится нжностью и красотою мховъ. Темнота и сырость даютъ ей какія то причудливо разорванныя формы, возбуждающія удивленіе знатоковъ. Видны будто слды страданій, муки. Неужели нкоторыя страданія придаютъ красоту?
11 іюня 185…
Несмотря на препятствія, твое письмо дошло до меня. Воспоминаніе о теб — лучь свободы. Я мысленно слжу за тобой въ твоихъ прогулкахъ по морскому берегу. Въ твоихъ письмахъ я вижу Эмиля; мн кажется, что я знаю его.
Быть почти два года отцомъ и не поцловать своего сына!
Прочь безполезныя сожалнія, будемъ снова говорить о предмет, который насъ занимаетъ боле. Одна изъ ошибокъ воспитанія состоитъ въ томъ, что вообще имютъ въ виду только одн умственныя способности. Зачмъ выпускать изъ виду связь между ощущеніями, привязанностями и мыслями? Впрочемъ, я желаю обратить теперь твое вниманіе на образованіе умственныхъ способностей.
Мыслитъ ли дитя? Конечно мыслитъ потому что живетъ. Ко мр того какъ наука проникаетъ въ тайны растительной и животной жизни, она открываетъ въ нихъ начало чувствительности и можетъ быть разумъ. неужели дитя хуже надлено въ этомъ отношеніи, нежели самыя низшія созданія природы? Въ первыя недли посл его рожденія, его мозгъ походитъ, конечно для насъ, на т пустыя и темныя пространства, о которыхъ говоритъ латинскій поэтъ.
