В жизни школьников все несколько тоньше. Вы приходите с родительского собрания, где много всего услышали про успеваемость, про дисциплину на физкультуре, про какие-то козни. С этим эмоциональным выплеском, с этим напором, не профильтровав факты, не отсепарировав, не обсудив, вы сразу набрасываетесь на ребенка. Все, вы на стороне фактического противника.
Еще пример: у вас в гостях другой ребенок. Вы слышите, что они играли, играли, а дальше раздаются стук, удары. Вы заходите к ним в комнату и понимаете, что ваш себя повел не на «пять с плюсом». Что вы делаете в этот момент? Говорите ли вы ему: «Ну, что тут опять? Я же тебя предупреждала»? Или вам удается сохранять какое-то подобие нейтралитета и быть с ним в одной команде, даже если он не прав и вы это видели?
Иногда довольно сложно помнить о долгосрочной стратегии. Нам очень важны фактические результаты, чтобы здесь и сейчас эффективно разобраться. Но мне кажется, очень важно задумываться над отношениями, если только вы можете думать, когда эмоции накрывают. Это крайне сложно, и способны на это не все.
Один из важных тестовых вопросов себе: «Нахожусь ли я на стороне ребенка в момент сложной ситуации с ровесниками? В момент, когда его накрыл гнев, когда его снесло?»
Дети только учатся управлять собой и эмоциями, основным навыкам социального взаимодействия. Сфера общения с другими детьми – это вторая «учебная площадка» после семьи. Там будет происходить много чего, разные эксперименты. Только у тех, кто социально одарен, а такие есть – это волшебные экстраверты, сангвиники, просто социально талантливые дети, – только у них не будет ошибок и промахов, а у остальных они будут в разных количествах в разные периоды взросления.
Ошибки будут именно потому, что это «учебная площадка», поле новой для ребенка социальной игры, на это надо делать скидку. Потому что мы и к себе часто относимся очень непримиримо, и к ребенку тоже, будто он, выйдя в социальное поле, должен делать только верные ходы. А он только учится.
Иногда довольно сложно понять, насколько хрупкая вещь эмоциональное равновесие для ребенка-дошкольника и подростка. Оно в любой момент может лопнуть, как мыльный пузырь.
Конечно, ребенок к нему все время возвращается – даже очень сильно раскричавшись, подравшись на площадке, ребенок «сдюжит». Но нам надо его беречь и постараться по возможности не дестабилизировать. Потому что часто бывает, что при конфликтах с ровесниками ребенок сталкивается с нашей смещенной агрессией.
Вот мы на детской площадке, в детском саду, в школе, при общении с подругами и их детьми выдержали серьезное испытание на «пять с плюсом», всегда оставались на стороне ребенка. Там мы все делали по протоколу, защищали его, сдерживали свои эмоции, когда он отрывался. Ребенок вернулся в свое хрупкое равновесие, мы пришли домой и «сняли костюм», выдохнули. И тут ребенок получил нашу смещенную агрессию, разрушившую его состояние. Он не понимает что к чему, для него загадка: почему это мама так вышла из берегов? Он уже забыл, оставил все в прошлом, дети очень быстро живут.
Полезно усвоить понятие смещенной агрессии. Если вы понимаете, что сейчас сорветесь, возможно, стоит поискать для себя способы разрядки.
Мы учим ребенка декодировать и спускать по лестнице агрессии собственный гнев, останавливая агрессию, пытаясь активно использовать понятие «нейтральное время». На самой верхней ступеньке лестницы располагается удар, сильная физическая агрессия, на ступеньку ниже – злое слово, еще на ступеньку ниже – слово произнесенное, но про себя. И на самой нижней ступеньке находится умение справляться со сложными эмоциями. Но это результат, который не всегда достижим даже для взрослых.
Самый первый шаг работы с лестницей агрессии – это назвать ситуацию и сказать себе: «Стоп! Это вспышка». Декодировать ее, сказав: «Стоп! Меня накрыли эмоции». Или: «Стоп! Это взрыв. Ребенок не в оптимуме».
Можно использовать визуальные, тактильные или жестовые штуки, отвлекающие ребенка. Но договариваться о них вы должны в нейтральное время, не в момент пика. Иногда для вспыльчивых детей, которые старше четырех с половиной – пяти лет, работает такой договор: «Давай, когда тебя сорвет, я почешу левую бровь, и ты попробуешь остановиться». Иногда работает что-то незаметное, условный жест для остановки эмоций.
Мы снова и снова учимся формулировать чувства, сложные эмоции, понимая, что слово – это «контейнер», более-менее надежный «сосуд», «бочка», в которую можно поместить эмоцию, чтобы помочь.
