В наушниках орал Сироткин – «К водопадам». Ирония. Водопадов тут не было. Только сухие русла, заваленные ржавым хламом, да ветер, завывающий в разбитых фермах. Я ловила ритм басами, вбивая его в виски, глуша свинцовую усталость. Двести километров до следующей точки на моей карте-ватмане. Еще один склад. Еще один «кандидат» на душевную беседу с топором Леона. Мы не говорили. Не надо. Он знал – я выведу к цели. Я знала – он сделает грязную работу. Наш симбиоз. Наша проклятая норма.
***
И вот настал, тот момент, когда мы нашли каналы поставки, проходящие несколько промежуточных контрольных постов, прежде чем выйдя в нужную область. Товар забирали каждый раз с разных точек, внимательно отсекая преследователей. Поэтому ближе подходить не стали, чтобы не спугнуть всех.
Умение задавать правильные вопросы куратора ни разу не навело на мысль, что мы ищем беглецов. Только прибыль и оборот немаленького сообщества, которое мы случайно организовали для прикрытия своего интереса. Два года чтобы выйти на область окопавшихся упырей, превративших нас в настоящих животных. Удивительное дело, но отверженные вне власти нулевых и торговцев оказались намного честнее многих рейдеров нормальных секторов. Свобода въелась в их кровь, гены и мысли, они могли убить, пытать, ограбить или обмануть, но не делали двух вещей. Не брали в рабство и не издевались над женщинами, считая последних сокровищем, всегда доставляя новичков в форты. А те кто этого не делал, долго не жил.
Порой мы даже дрались за еду с другими, правда мы ещё никого не убили за это время. Ранили многих, пытали десятками, но всегда откачивали и делали частью нашей сети. А вот уже завербованные нами наводили порядок, расчищая пространство от неудобных отморозков.
Исключение чуть не произошло в рядовой вылазке, окончившейся странным образом.
***
Наш помеченный склад тушёнки обнесли. Нагло и бесцеремонно, не по понятиям.
– Чёрт, до следующего пункта километров двадцать, остальные не обновились. Кто выгреб всё? – раздраженно выдохнула я, чувствуя, как знакомая красная пыль въедается в губы. Не просто раздосадована – взбешена. Это не просто кража. Это плевок в лицо нашей сети, нашей системе. Нашему
Мир привычно вспыхнул, осветив четыре довольных ауры – туповато-самодовольных, как у щенков, нашедших кость. И одну... одну красивую, словно бриллиант на солнце. Чистую. Яркую. Совершенно
– Нашла воришек? – хладнокровно уточнил Леон. Его голос – как ведро ледяной воды. – Выбьемся из графика, придётся опять сидеть в вонючей канализации.
– Да, сто семьдесят пять метров, – кивнула я, уже вытаскивая СВ. Прицеливалась сквозь ржавые балки и пыль, мысленно просчитывая траекторию. – Попробуй по рации связаться на общей волне. Вроде ауры ровные, не в конец отмороженные. Может, просто дураки несознательные.
«Ещё немного и Взломщик будем мне слишком «лёгким», придётся менять оружие» – пронеслось в голове с горькой усмешкой.
– Это Джокер, если вы не поняли, чьё добро вы взяли, – голос Леона в эфире был спокоен, как поверхность озера перед бурей. – У вас есть пять минут, чтобы вынести нам недельный запас. Остальное можете оставить по-братски себе.
