Системное Уведомление:
СТАТУС: АЛЕКС
HP: 57/150 (+0.7/сек от Метки. Регенерация замедляется (Митохондриальный стресс)).
Выносливость: 15/100 (Крайне низко. Физическая активность: риск коллапса/аритмии).
СОСТОЯНИЯ:
"Постнектарный коллапс": Тошнота (умеренная), мышечная слабость (сильная), когнитивный туман (рассеивается), тремор (легкий), нарушение терморегуляции (озноб).
"Психическая Уязвимость": Восприимчивость к воле Корня: ПОВЫШЕНА (40%). Риск внушения/потери автономии: СРЕДНИЙ. Ментальный резонанс с Лорой: СЛАБЫЙ/ПАССИВНЫЙ.
"Мутагенная Нагрузка": 42% (Стабильно. Контроль Метки: НОМИНАЛЬНЫЙ. Интеграция тканей: 12%).
"Энергетическая Зависимость (Собор)": ПАССИВНОЕ ПОГЛОЩЕНИЕ: 38%. Стабильность связи: ХРУПКАЯ. Флуктуации: +-5%.
МЕТКА КОРНЯ:АКТИВНА. УЗОРЫ РАСПРОСТРАНИЛИСЬ НА 65% ПРЕДПЛЕЧЬЯ. ДОСТУП К ПРОТОКОЛАМ: ПОДАЧА ЭНЕРГИИ (БАЗОВАЯ), СКАН АНОМАЛЬНОЙ ФЛОРЫ (БАЗОВЫЙ), ДЕТЕКЦИЯ БИОРИТМОВ СОБОРА (ПАССИВНАЯ).
СТАТУС: ЛОРА
HP: 35/250 (Стабильно/медленный рост +0.1/сек? Источник неясен (Резонанс с Собором?)).
ИНФЕКЦИЯ: 31% (СТАБИЛЬНО. ЯДРО: ПАССИВНО/ИНТЕГРИРУЕТСЯ. Скорость интеграции: 0.7%/час).
СОСТОЯНИЯ:
ГЛУБОКАЯ КОМА (ЗАЩИТНЫЙ РЕЖИМ/ПСИХИЧЕСКАЯ БЛОКАДА).
ПСИХИЧЕСКИЙ ЩИТ: ХРУПКИЙ/ПРОНИЦАЕМЫЙ ДЛЯ СИЛЬНЫХ ЭМОЦИОНАЛЬНЫХ ИМПУЛЬСОВ (АЛЕКС/КОРЕНЬ).
АНОМАЛЬНЫЙ МЕТАБОЛИЗМ: АКТИВЕН (НИЗКИЙ УРОВЕНЬ). Энергопотребление: СНИЖЕНО НА 70%.
ЗАРАЖЕННАЯ РУКА:
Некроз стабилизирован (60%).
Аномальная регенерация/адаптация: АКТИВНА (НИЗКИЙ УРОВЕНЬ). Скорость регенерации: +0.05 HP/сек (локально).
Энергетическая эмиссия (багровый свет): СЛАБАЯ/ПУЛЬСИРУЮЩАЯ (Синхронизирована с Меткой Алекса).
Риск функциональной мутации: УМЕРЕННЫЙ (ИНТЕГРАЦИЯ С МЕТКОЙ АЛЕКСА). Активация протоколов: НЕТ.
Алекс смотрел на свою раненую ладонь. Корка запекшейся крови и темной, похожей на смолу субстанции треснула. Под ней виднелась новая, ярко-розовая, невероятно нежная кожа. Она пульсировала в такт Метке. Края раны сходились с неестественной скоростью, словно их стягивали невидимые биологические швы. Это было не исцеление, а переписывание плоти, и это пугало больше боли. Метка на запястье, от которой теперь расходились темные, похожие на корни прожилки, казалась довольной, чуть теплее на ощупь.
Голос Корня (не шепот, а фоновая мысль, властная и неоспоримая, как инстинкт):
«Вода. Питание. Очищение от паразитов. Она нуждается. Ты нуждаешься. Собор предоставляет. За долг. Иди. Собери дары. Исполни следующий долг. Плата ожидает.»
«Долг…» — прошептал Алекс хрипло, и слово повисло в липком воздухе, тяжелое и неумолимое, как гравитация этого места. Он посмотрел вокруг. «Дары»? Лужи светящейся слизи кишели микроскопическими «кровяными глистами», видимыми лишь как рябь на поверхности. Наросты на «ребрах» сочились той же липкой влагой, пахнущей медью и разложением. На некоторых участках мха росли странные, похожие на грибы-трутовики наросты, испускающие сладковато-гнилостный запах, от которого кружилась голова. «Питание»? Его желудок сжался спазмом от одной мысли.
