Победа Красной армии в 1949 году привела к появлению династии иного типа, основанной на коммунистической партии, ее императороподобном лидере, окруженном внутренним кругом советников, ориентированных на восстановление государства и улучшение общества. Как и в СССР, партия трансформировала старые патримониальные стратегии в контроль партийных лидеров над назначениями на ключевые посты в административной иерархии. Китай лишь на короткое время и никогда полностью не был учеником российского коммунизма. В 1950-х годах Мао отдалился от Москвы, особенно от ее политики "мирного сосуществования" с Западом. На Бандунгской конференции Китай выступал за третий - не западный и не советский - путь. Китайская политика в отношении ближнего зарубежья выражала преемственность с имперским прошлым - крупные военные интервенции в Корее и Вьетнаме, но лишь частичные усилия по оказанию помощи коммунистическим движениям в других странах. Китай все еще имел в виду свою имперскую карту.
После монументально смертоносной коллективизации ("великий скачок вперед" привел к гибели от двадцати до тридцати миллионов человек) в 1958-1961 годах, после беспощадных - и также смертоносных - чисток партийных кадров и других специалистов в ходе "культурной революции", начавшейся в 1966 году, и, что, возможно, наиболее важно, после смерти Мао в 1976 году китайское руководство постепенно открыло дорогу частному предпринимательству и инвестициям иностранных компаний. Начался экономический бум колоссальных масштабов. Это была не победа "свободной торговли" или "Запада", а очередная трансформация давней китайской имперской традиции. В этом варианте коммунистическая партия сохраняет главенствующее положение, мирные требования демократии подавляются, этнические и другие солидарности, например, мусульманское население вдоль старой границы с Центральной Азией или буддисты в Тибете, пресекаются с помощью государственной власти. Государство контролирует некоторые предприятия и использует их для стимулирования экономического роста в определенных секторах или местах, но, как и в китайских империях прошлого, оно оставляет большинство видов производственной деятельности в частных руках, сохраняя за собой право регулировать все аспекты социальной жизни, включая количество детей в семьях.
В 1997 году Гонконг, один из самых заметных символов презумпции Британской империи, был возвращен Китаю. Гонконг был одним из трофеев, завоеванных Британией в 1842 году, и его статус определялся договорами, заключенными с Цин. Передача Гонконга Китаю была подкреплена оговорками, включая частичную административную автономию для города-государства. Таким образом, Гонконг был изменен в британской и китайской имперской моде, что напоминает об основной стратегии империй: управлять разными людьми по-разному, но не как равными или эквивалентными другим компонентам государства. Возвращение также подчеркивает изменчивость имперских траекторий и их пересечений. Британский период Гонконга, при всем влиянии установленных тогда имперских связей, был коротким эпизодом в истории китайской империи.
Иллюстрация. 13.5
Ретроцессия Гонконга от Великобритании к Китаю, 1 июля 1997 года. Председатель КНР Цзян Цзэминь пожимает руку принцу Великобритании Чарльзу, а премьер-министры Ли Пэн и Тони Блэр смотрят на него. Гонконг, уступленный империей Цин Великобритании в 1842 году, стал особой территорией под суверенитетом Китайской Народной Республики. Пол Лакатос, AFP, GettyImages.
К концу XX века эта империя-долгожитель изменила географию власти, которая сохранялась на протяжении двухсот лет, став кредитором Соединенных Штатов, покупателем сырья в бывших колониях Запада, потребителем роскоши Европы. Биполярное соперничество закончилось, но другая держава на евразийском континенте вновь стала движущей силой мировой политики, снова внедряя инновации и оживляя имперские традиции.
14. ИМПЕРИИ, ГОСУДАРСТВА И ПОЛИТИЧЕСКОЕ ВООБРАЖЕНИЕ
империя не уступила место стабильному, функционирующему миру национальных государств. Многие недавние кровавые и дестабилизирующие конфликты - в Руанде, Ираке, Израиле/Палестине, Афганистане, бывшей Югославии, Шри-Ланке, Конго, на Кавказе и в других местах - возникли из-за неспособности найти жизнеспособные альтернативы имперским режимам. Государства, созданные на территории бывших колоний, не достигли многих целей, на которые рассчитывали в момент обретения независимости. Великие державы провозглашают мир нерушимых и равных наций, но при этом используют экономическую и военную мощь для подрыва суверенитета других государств. Тем временем политические лидеры и другие люди пытаются организовать наднациональные органы для регулирования конфликтов и взаимодействия между государствами. В Европе идеи конфедерации, возникшие в 1950-х годах во время споров о колониальных империях, теперь применяются для объединения государств на континенте, который раздирали конфликты со времен падения Рима и до падения коммунизма.
Пересмотр имперских траекторий