План этого храма Арзила заставила выучить каждого воина их маленького отряда. А еще они выучили все ловушки, что встретятся на их пути. Во всяком случае, очень хотелось в это верить. Какое счастье, что одному из жрецов этого храма удалось сохранить разум при вторжении последователей темных богов и сбежать. И какое счастье, что бежал он именно в Варнабу. Теперь азанаги владели и планом пирамиды, и схемой целой системы ловушек, и даже сведениями о том, где хранятся останки этого ненавистного идола. Всего то и оставалось, подобрать отряд способный воплотить в жизнь задумку Великой жрицы.
Ийаду Арзила провела три дня и три ночи за молитвами, дожидаясь, чтобы боги назвали ей имена тех, кто должен был пробраться в Телгет. Среди них оказалась энданская принцесса, одна из учениц жрицы, два опытных воина, и царевна Гуалата. Когда Верховная жрица назвала ее имя, Гуалата, разве что не визжала от счастья, а бедная царица только губы сжала плотнее, узнав, что ее единственное дитя скоро отправиться в путь, из которого, возможно, не будет обратной дороги.
Не принято спорить с богами у азанагов, как бы ты ни был против их решений, вот и царица на прощание лишь обняла свою дочь, пожелав ей удачи и скорейшего возвращения.
Леа оглянулась на подругу, та с интересом пялилась на крылатый труп, еще бы, ей пока не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. Видно было, как царевна борется с желанием потрогать невиданную зверюшку. Ее Высочество вздохнула, и принялась по памяти отсчитывать шаги, плиты, отслеживая на своем пути, высеченные на камне символы. Одно неверное движение, и даже не узнаешь, откуда явилась смерть.
Жители Телгета всегда славились своим умением ставить хитроумные ловушки против незваных гостей. Каждый, из идущих следом за девушкой людей проговаривал про себя те же слова, что беззвучно шептали губы Ее Высочества: «Правая нога на вторую от символа солнца плиту, левой наступить на изображение священного цветка, два шага прямо, остановиться у барельефа древа жизни, в его корнях запутался огненный змей, нажать на его голову, и до первой двери можно идти спокойно».
Ключ от двери был у каждого жреца, и сейчас болтался на шее принцессы увесистым кулоном. Выточенный из неизвестной, твердой как камень, и тяжелой, как метал породы дерева, ключ сильно напоминал затейливое украшение. Леа сняла его, совместила с узорчатой скважиной и повернула несколько раз сначала в одну сторону, а потом один — в противоположную.
Дверь открылась также легко, как и предыдущая. Сразу за ней начиналась лестница, сбегавшая вниз крутыми перилами. Девушка перевела дыхание, предстояло снова вглядываться в каждый камешек, терпеливо повторяя про себя, зазубренную схему безопасного пути.
Через полчаса они, наконец, достигли цели, последняя каменная дверь, с грохотом ушедшая в пол, открыла проход в круглый зал. В центре этого зала, на большом плоском камне, высился идол. Леа нахмурила брови. Это был тот самый идол из ее сна, только сейчас у него не хватало одного глаза, его тело было покрыто сетью трещин, и влажно блестело в свете факелов. Вокруг статуи вились начертанные чем- то красным линии.
Девушка присела и тронула жидкость пальцами, кажется, это была кровь. Она сочилась из перевернутого медного конуса, нависавшего над каменной статуей безобразной глыбой, и по капле падала прямо на голову идола, разлетаясь во все стороны мельчайшими брызгами. Что находилось выше конуса, было неясно.
Зал, казалось, не имел потолка, стены уходили вверх бездонным колодцем Ее Высочество поморщилась от отвращения, потом протянула руку к идолу и замерла. Вокруг статуи чувствовалась незримая чуждая сила, так ощутимо давившая даже сквозь всю ее хваленую защиту от магии.
— Ваше высочество, стойте! — негромко произнесла, впервые за этот час, нарушив всеобщее молчание, высокая сильная девушка.
Это была ученица Арзилы, молодая жрица Еней.
— Вам нельзя его трогать, пока мы не обеспечим безопасной дороги для возвращения.
Леа виновато кивнула головой. Сила ее ненависти к этому божку была так велика, что на миг заставила позабыть обо всех строгих инструкциях, которыми снабдила ее в дорогу Верховная жрица. Между тем, ее товарищи терпеливо ждали дальнейших указаний.
Жрица посмотрела вверх, сложила ладони лодочкой, и над ее пальцами затрепетало легкое невесомое пламя, похожее на оранжевого мотылька. Оно оторвалось от рук и стало подниматься вверх, превратившись в беззаботно витающий в потоках воздуха огонек. Яркий свет магического огня заставил расступиться черную мглу подземелья, и все увидели уходящие вверх стройные колонны, подпиравшие узкие выступы с точно такими же колоннами. И так до тех пор, пока от потолка не оставалось узкое квадратное отверстие колодца, сквозь которое были видны холодные зимние звезды.
