— На днях обещал зайти Эмрис, принести меха. Купи пока только шкурки береговой лисы, остальные попроси придержать до моего приезда. И не забывай кормить Бирха!
Здоровенный лохматый пес, дремлющий у порога, услышав свое имя, слабо вильнул хвостом, но глаз не открыл. Оружейник сосредоточено почесал маковку, пытаясь вспомнить, все ли он предусмотрел, потом досадливо махнул рукой, мол, всего не предвидишь, и сказал, — Пойдем, поужинаем, Леон. Что- то утомили меня эти сборы.
Ее Высочество согласно кивнула головой, у нее давно уже журчало от голода в животе. Она ушла из дворца еще утром.
Король поручил ей побродить по городу, присматриваясь к его обитателям. Странное задание, кто же это будет в такой мороз торчать на улице! В лучшем случае пробегут от дома к торговой лавке и обратно, закутавшись по самый нос.
Принцесса вздохнула. Это надо же, а ведь сейчас только начало последнего месяца осени! В это время даже на севере Энданы деревья только- только начинают желтеть, а в садах, наконец, поспевают поздние яблоки. Р'Омус, по- своему истолковав ее вздох, дружески хлопнул принцессу по плечу и сказал по- эндански, — Не унывайте, Ваше высочество! Меня не будет только двадцать дней! И соскучиться не успеете, как я вернусь!
Леа снова вздохнула, — Я знаю, Р'Омус. Но только мне что- то тоскливо в последнее время. Марк уехал, и Траес тоже. Представляешь, у него, оказывается, есть еще пять сестер и пара братьев. Он звал меня с собой, но я не могу вот так бросить Тиара одного.
— Почему же одного? — удивился гном, намазывая маслом большой ломоть хлеба, и подсовывая его принцессе, — У него есть сестра и целое полчище придворных, охраны, слуг, в конце концов.
— И это верно, — снова согласилась девушка, откусила кусок и замолчала.
Она не знала, как объяснить другу, что ее не отпускает чувство близкой опасности и неминуемой беды. Прожевав хлеб, и запив его, горячим настоем шиповника, Леа призналась, — Не могу я уехать, никак не могу. Эта тварь, что мы упустили, бродит где- то рядом. Иногда мне кажется, что я чувствую ее запах. Он мерещится мне даже в покоях короля! Знаешь, такой сладкий тошнотворный запах смерти…. И тут еще Тиар так себя странно ведет. Словно его что- то гложет. Если меня нет долго, ищет, а приду — сердится на что- то и отсылает.
Девушка промолчала, что и сама испытывает что- то подобное, правда желание быть рядом с королем все- таки больше.
Гном огорченно крякнул и сказал, — А не пора ли вам домой, в Эндану?
И тут же сам отверг свое предложение, — Нет, в это время года вы к леднику даже близко не подойдете!
— Р'Омус! — внезапно оживилась принцесса, — А как вы сами можете свободно гулять туда- сюда, да еще в такие короткие сроки?
Теперь пришла очередь гнома отмалчиваться.
Он долго смотрел на девушку из- под нахмуренных кустистых бровей, а потом решился, — Эх! Семь бед — один ответ! Слушайте, ваше высочество.
То, что дальше поведал гном принцессе, повергло ее в изумление и заставило загореться глаза восторгом. Оказывается, давным- давно, после той страшной войны, что разделила земли высокими горами, боги не забыли своих детей. Для каждой расы они создали проходы, через которые легко можно было добраться в нужные земли, минуя ловушки Ледяного хребта. Их охраняли Стражи. По четыре прохода на каждую расу, по четыре стража на каждую дверь. И только одно условие поставили боги. Проход могли использовать только те, для кого он был предназначен. Гномы не могли провести по своему пути людей, а люди не имели право позвать с собой испов, или… кого- то еще. На этом месте гном ненадолго замялся, словно хотел что- то еще добавить, но передумал и продолжил свой рассказ. Гномы честно выполняли условия богов, а вот люди… Кто прошел через их проход неведомо, но только один Страж погиб, а в южных землях началось преследование вейанов. Чем оно закончилось Ее Высочество, конечно в курсе. Разгневанные боги закрыли пути людей, но не разрушили. Если верить легендам, то придет время и по нему снова сможет пройти человек и тогда дорога откроется. Но этот человек должен быть чист душой и сердцем, иначе Стражи уничтожат его.
— Р'Омус, а ты знаешь, где начинается путь людей в Эндане?
— Даже не думайте, ваше высочество! — запоздало спохватился гном.
Леа в ответ рассмеялась, — Не переживай, я сама догадалась! Это тот тоннель! Только я в него не пойду. Вдруг моя душа недостаточно чиста…
Принцесса внезапно снова стала грустной.
— Я уже стольких отправила через реку забвенья, что становится страшно.
Гном успокаивающе погладил ее по руке, — Ничего, те, кого вы убили, несли зло всему миру. За их жизнями тянулся шлейф множества смертей…
— Наверное, ты прав, Р'Омус, — улыбнулась Леа, а потом вспомнила свое видение, юного бога у входа в пещеру и попросила. Ты все- таки скажи, где находится наша дверь в этих землях. Вдруг пригодится.
Гном, открывший было рот, чтобы отказать, увидел такую печаль в синих глазах Ее Высочества, что передумал.
— Точно не знаю, но кажется, это где- то недалеко от Головы дракона, одинокой горы из известняка.
