С точки зрения психологии, фундаментальной философской основой этих противоположных непримиримых идеологий является наличие в сообществе два принципиальных типа устройства человеческой души. Так же, как физически высший разум создал нас в виде двух разновидностей: мужчины и женщины, так и по психическому строению (психика по-гречески – душа), люди разделены на два лагеря в зависимости от преобладания в их сознании уважения перед понятием «Я» или «МЫ». Все мы – эгоисты. Собственное «Я» практически всегда будет в наших поступках на первом месте, особенно перед вратами смерти. И всё-таки я уверен, что немалая часть человечества не настолько обуяна гордыней, чтобы считать только себя, как говорится, пупом земли. Исходя из тех же эгоистических побуждений, они понимают, что легче сохранить свою жизнь, если счастливо прожить в тесном союзе с другими индивидуумами, соседями.
Я думаю, что учёные давно нашли в наших ДНК этот вредный ген эгоизма, но боятся сказать об этом народу. Наверняка вскоре в постэлитарном государстве общество будет высылать людей с его избытком на лечение, подобно прокажённых, в изолированные от общества лепрозории. Ниже я подробнее остановлюсь на результатах моего философского исследования материальной души человека. Но, главное, что она, как и руководимый ею человек, являются продуктом другого мира экспериментаторов, и зависит в своих качествах от производителя. Прежде всего, от того, какой процент доброты от полной шкалы заложит он вам в ваши врождённые черты характера. Среднее его значение на данный момент для группы субъектов или общества в целом и определяет их настроение. И всё-таки он всегда выше нуля, и поэтому его можно склонить к положительному результату.
Элитарный тип общественных отношений с подчинением большинства меньшинству возник сразу, как только из стада равных и почти беззащитных людей начало формироваться человеческое сообщество. Вожди племени для обеспечения беспрекословного руководства своими соплеменниками в целях сохранения их жизни, быстро достигали вершин власти, а затем, под воздействием врождённого порока преимущественной любви к ближнему, то есть к самому себе, стремительно дрейфовали в лоно полного единовластия. Точно так же, как тысячелетия спустя, уже в постэлитарном государстве, но не нашедшем теоретически лекарства от этого страшного заболевания – вождизма, наши генеральные секретари, от скромных симпатичных защитников и организаторов жизни своих собратьев неумолимо продвигались к недоступным и всесильным божествам. Для обеспечения своего господства они вынуждены были создать свод законов, удерживающий большую часть общества в повиновении, и группы из просвещённых и вооружённых людей, обеспечивающих их выполнение. Они и стали первыми зародышами государства, то есть аппарата насилия, подавления противодействия элите. В соответствии с предназначением и полной прозрачностью действий, они совершенно не заботились о прикрытии своей звериной сути, а наоборот всячески демонстрировали мощь и силу. Поэтому не случилось ничего сверхъестественного, когда вскоре вожди с их помощью стали использовать своих провинившихся подданных, а также взятых в плен воинов из других племён, в качестве рабов, или полностью лишённых прав, в том числе и на жизнь, живой производительной силы.
Началась вторая стадия развития элитарного государства – рабство. Несмотря на утверждение законов диалектики, в том числе и сформулированные марксизмом о поступательном развитии всего на земле от низшего уровня к высшему, этот период в жизни человеческого общества стал самым ужасным, самым позорным, значительным моральным и правовым падением по сравнению с первобытно-общинной системой организации общественных отношений. Рабовладельческий строй был страшным примером того, как полностью нарушенные политические, моральные и правовые нормы начали движение к низшей стадии своего состояния. Элита стала относиться к части своих собратьев хуже, чем к скоту. Рабов могли убить, издеваться над ними.
