В это время иронически-возбуждённое психическое состояние превалировало у большинства представителей каждой из этих групп общества: комэлиты и интеллигентов. Продвинутых за счёт преобладающих в последние годы Советской власти порочных социальных лифтов в виде нахальства и взаимовыгодных связей, они составляли вместе по виду тенитолкая (был в литературе такой сказочный образ животного с двумя головами сзади и спереди туловища, каждая из которых пыталась вести его в противоположные стороны). Им, уже имевшим сходные позиции по уровню образования и взглядам на большинство вопросов, особенно в отрывающейся от реализма культуре и частично в экономике, не так сложно было сблизиться, в конце концов, освободившись от, казавшейся каким-то забытым по ходу дел пережитком – диктатуры пролетариата. А затем, на этапе обогащения страны, уйдя от теории ввиду её фактического отсутствия, ликвидировав социализм, ставший вроде бы обузой для их творческих устремлений и кандалами в смысле личных радостей, бросив свой работавший за них и на них народ, они объединились под эгидой борьбы за свободу в виде буржуазного либерализма, объявив его достижение важнейшим правом человека.
И это, к сожалению, произошло не случайно. Рост количества образованных людей, в том числе работников умственного труда, был крайне необходим для развития производства социалистического государства, и поэтому стал одной из главных его идеологических установок. В коммунистических структурах управляет страной народ, и поэтому везде они начинают своё существование с его поголовного просвещения, а в отсталых странах после капитализма, и, вообще, с ликвидации элементарной неграмотности. Молодая советская интеллигенция, родившаяся из любознательной среды крестьянства, имела высокий культурный и общеобразовательный уровень ещё и благодаря сложившейся в социалистическом окружении состязательной жажде к чтению, особенно современных произведений модных молодых авторов, любви к кино и театру, где раскручивалась новая волна талантливых актёров и режиссеров, а также к познанию всего и вся: путешествиям, выставкам, учёбе для повышения квалификации.
Казалось, можно было бы жить, свободно развиваться в любом направлении и радоваться. Так и вспоминает сегодня, как самые счастливые, годы, прожитые при социализме, большинство бывших советских людей. Но, если сейчас проанализировать этот бурный рост количества образованных граждан, станет понятным, что высоких душевных качеств ожидать здесь было напрасно. Предвиденная зараза «мещанина во дворянстве», о которой предупреждали коммунисты и все мудрые люди до них, не сумевшие за тысячи лет выработать нужные механизмы и рекомендации против её распространения, быстро приняла характер эпидемии. Её в распростёртые объятия с вожделением принимали эти самые наиболее модные деятели искусств, каким-то образом опять собравшие в свои ряды тех же самых бескорыстных бойцов за счастье русского народа. Таких, как Аксёнов, Вайнович, Долматов, Галич, Солженицын и ряд других, которые с гордостью рассказывали о том, как они сумели подорвать устойчивость власти, пока им прямо не ткнули в лицо разваленную экономику и вымершее население.
Мещанство очень быстро овладевало неподготовленным к начальственному рангу сознанием. Как гениально написал А.С. Пушкин в коротенькой сказке «О рыбаке и рыбке», есть немало людей, особенно женщин, которые остаются неудовлетворёнными пусть и хорошим жизненным уровнем, но равным с другими. Главное, что нашёптывает каждому успешному человеку его эго: ещё немного нажми, и ты будешь впереди многих. Против этой эгоистической зависти должно действовать равноправная обстановка и чёткие системы материальной и моральной оценки его вклада в успехи общества. Человек должен чувствовать себя на высоте не от того, что у него на 20 сантиметров яхта длиннее, чем у короля Бурунди, а потому, что он стал лучшим токарем в регионе, или под его руководством предприятие победило в социалистическом соревновании.
Только успехи в труде должны давать и моральные победы, и материальные доходы, а не блат, спекуляция, и тем более воровство. За этим государство при социализме должно в первую очередь строго следить именно в целях воспитания. А у нас, особенно в бытность Ю. Андропова во главе карающих внутренних органов, все эти незаконные способы обогащения расцвели пышными гроздьями, и до сих пор остались притчей во языцех при народной характеристике язв советского государства. Причём сам же борец с теневой экономикой и воровским её характером, зная все тонкости подпольного ремесла, для прихода к высшему посту в государстве начал сдавать отдельные гадюшники, показывая глубокое развращение социалистического общества, но очень слабо искореняя эти новые пороки. И хотя в массе своей они были на два порядка меньше по объёму по сравнению с сегодняшним состоянием преступности, до конца Советской власти её неспособность полностью ликвидировать воровство и взятки раздражала народ и стала также одной из причин развала страны.
