Они вернулись через несколько минут, после того, как истребители последовательно опрокинулись набок и ушли вниз. Главный шел по проходу, горделиво задрав голову и толкая в спину, бежавшую перед ним зареванную блондинку с растрепанной прической и в одной туфле. Вторую, вероятно, она потеряла по дороге к двери командирской рубки. После очередного тычка в спину она шмыгнула на свое место и, задыхаясь от плача, судорожно принялась застегивать ремень на поясе, гонимая страхом дальнейших нападок.
– Я думаю, все из вас поняли, что со мной шутить не стоит, – заявил главарь террористов.
Это угрожающее утверждение прозвучало с нотками упоения в голосе. Было заметно, что даже дежуривший в проходе брат, от сказанного стыдливо опустил к полу глаза. Да, экстремальные ситуации и стресс раскрывают потенциал личности куда быстрее, чем любые психотрененги. Вот только если у человека вместо души куча дерьма, его лучше держать в закрытом виде.
Оставшиеся с четвертью час полета инцидентов не случалось. Некоторые заложники без видимых на то причин периодически удостаивались подзатыльников должно быть для профилактики, но в целом все было спокойно. Движение началось, когда командир корабля по громкой связи объявил о начале снижения и дальнейшей посадке в аэропорту Шарль де Голля. Так же он призвал вести себя разумно, не перечить лицам захватившим самолет и выполнять все их требования в целях сохранения жизни и здоровья. За его выступлением последовало выступления главаря террористов. Тот принялся раздавать четкие указания, за неисполнение которых или промедление пригрозил жестокой расправой. По его инструкции сразу же после касания шасси самолета взлетной полосы, все сидящие в хвостовом отсеке должны были оставить свои места и равномерно распределиться между вторым и первым залом, заняв проходы. От нас, сидящих в центральном салоне, а так же людей находившихся в головном отсеке, еще при снижении требовалось опустить на иллюминаторы шторки и заложить окна ручной кладью из верхних рундуков. Тот самый паренек, которого изначально подозревал Фрейд, был отправлен по рядам со своим рюкзаком, в который ему было приказано собрать со всех устройства мобильной связи: телефоны, планшеты, умные часы. Когда он оказался напротив нас и протянул в нашу сторону наполовину наполненный телефонами рюкзак, Фрейд строго посмотрел в его испуганные глаза:
– Мы сдали свои телефоны в багаж, – произнес он медленно и уверенно, не отрывая взгляд от бегающих из стороны в сторону зрачков парня.
Я машинально нащупал в кармане своих штанов плоский корпус мобильника.
– Но…, – протяжно завел парень.
– В багаже. Тебе не понятно? – голос Фрейда звучал гипнотически ровно.
Молодой человек, промявшись на месте, поджал рюкзак к груди и двинулся к следующему ряду сидений в сопровождении сурового взгляда моего коллеги.
– Молодец, ловко ты с ним, – я обратил внимания Фрейда на себя. – А что делать с этим психопатом с бутылкой?
– Его уболтать не получиться, он уже почувствовал вкус крови. Теперь он пойдет до конца.
– И что же теперь делать? Времени осталось немного, после того как самолет коснется земли они забаррикадируются живым щитом возле кабины пилота и что будет при штурме? Резня?
– Газ, – холодно ответил Фрейд.
– Ну, отлично, газ. Конечно.
– Так, – серьезным тоном осадил он мой пыл, – Послушай, жидкость в бутылках это, скорее всего, нитробензол. Он очень токсичен, но только при попадании на кожу, слизистые или в дыхательные пути. На девушке что сидела с нами, был большой длинный плащ, ты помнишь? Перед тем как поменяться со мной местами она его сложила в рундук наверху.
Фрейд встал с места и, уподобляясь остальным заложникам начал выгребать содержимое из отдела для ручной клади, бросая все найденное в направлении иллюминатора. В след за милым чемоданчиком с колесиками желтого цвета, на сиденье рядом со мной упал малиновый плащ. Я начал догадываться, что он задумал…
Через маленькую щель, оставленную в шторке иллюминатора, и предусмотрительно прикрытую желтым чемоданчиком было видно, что мы уже пролетаем над пригородами Парижа. Во время укрепления окон мы с Фрейдом незаметно поменялись местами, и теперь кресло возле прохода занимал я. Ремень безопасности на моем поясе был расстегнут и просто лежал, выполняя декоративную функцию. Главарь захватчиков расхаживал со своей бутылкой по коридору взад-вперед, подобно тюремщику, таскающему связку ключей. Он заметно сильнее начал нервничать, и был уже на грани срыва. Выпуская пар на сидящих в креслах заложников и раздавая им пощечины, он ненадолго успокаивался.
