Музыкант сел за столик, я бросила короткий, но преисполненный надежды взгляд на открытую дверь: в коридоре было пусто, оттуда доносился ритмичный гул устройств, бронзовая стена сверкала ржаво-маслянистым блеском. Непреодолимая сила уговаривала воспользоваться шансом, пока выход свободен.
— Меня зовут Тисмерунн, — проговорил трубадур. — Но можешь звать меня просто Тис, солнышко. А тебя как? Меланта, не так ли?
— Я хочу домой, — повторила я.
— И я тоже. — Тис пригладил струны. — Но нам, лютнистам, хорошо платят за развлечение послов. Думаешь, я счастлив? Ты не одна такая, кому хочется вернуться к семье и друзьям. У меня они тоже есть.
«Моя семья — только Луан».
— Я… пленница? — Я потупилась.
— Не, пфф, вздор. Почётная гостья!
Ещё раза три посмотрела на открытую дверь.
— Я вернусь? Вернусь когда-нибудь?
— Думаю, тебе очень повезло. Честь, стать супругой властителя Вольмера.
— Глупость…
— Это всегда так. — Он зевнул. Положил лютню на колени. — Со своим мужем я познакомился примерно похожим образом. Я не хотел… пока меня не уговорили.
— Му… мужем?
— Ну да, мужем, — подтвердил Тис. Его лицо было столь красивым, что я не удивилась его способностям привлекать не только женщин, но и мужчин. — У вас в Амфиктионии разве…?
Комната залилась его оглушительным смехом.
— О, ну, тебе предстоит многое узнать!
— Это мерзко, — подумала я вслух.
— Мы таких слов не знаем.
Вчера мне представлялись фигуры немытых пьяниц, хижины и грязные драки на улицах, сейчас воображение загорелось ужасами варварских нравов.
Нет, надо бежать.
— Где ты… ну… научился так говорить? — Труднее, чем поддерживать разговор, было разве что выносить вид Толстого Шъяла. — Ты совсем не похож на остальных вар… вольмержцев.
— Десять лет прожил в Циртабилисе. Большой город! Мне даже показалось, куда больше Аргелайна.
— Больше Аргелайна нет ничего.
— Я тоже так думал, — он ощерил зубы, белые, как галька.
— За… зачем ты здесь? Я хочу… одна…
— Мне сказали тебя развлечь, солнышко. Все слышали, как ты кричала.
По щекам как будто прошлась волна горячего пара. Я краснела быстрее, чем мне присущно, и жалела, что брыкалась и плакала. Не так должна вести себя настоящая патриция.
— Я просто хочу домой.
— Да что ты всё домой-домой! — Он оттянул подол ферязя и положил ногу на ногу. В подведённых блёстками глазах мелькнуло возмущение. — Тебе выпала такая честь, такой радостный миг!
— Ужасный день.
— Попробуй изменить к нему отношение.
— Ты ничего обо мне не знаешь, — отрезала я.
— И правда.
— Так как же… как ты смеешь? Я цезарисса! Я…
— И моя будущая княгиня, — он склонил голову с робкой улыбкой. — Мне хочется, чтобы ты была счастлива. Ты поймёшь. Пройдёт время, солнышко, ты вспомнишь…
Я махнула ручкой.
— Ну давай свою балладу!
Смерив глазами выход, я решилась. Сейчас или никогда.
Тис заиграл на лютне. Я подобрала момент, когда он увлёкся своей фривольной мелодией, и сорвалась с кровати, словно мышь, услышавшая поступь человеческого шага. Я сиганула к двери, схватила её за винты и прежде, чем менестрель сообразил, что произошло, захлопнула её.
Маховик на внешней стороне автоматически повернулся.
Плохо понимая, что делаю, я побежала налево. Мне казалось, что я внутри продолговатого шестиугольника, его средние углы отчертили стеклянными балками, подсвеченными огоньками, и коридор мерцал ядовитой синевой. Будто стая пчёл, из-за стен постоянно что-то жужжало, гудело, шипело и ворчало. В конце коридора я нашла медный вертикальный трап, ведущий к люку. Каждый шаг по его скользким ступеням издавал глухой брязг.
Пробираясь наверх, я потеряла свой пеплон. Полы лавандового хитона мешались под ногами. Оказавшись на этаже выше, я оглянулась, лихорадочно вспоминая, где выход на палубу. Я должна найти его. Я должна вернуться.
Я пока смутно догадывалась, что сделаю, будучи на верхней палубе. В книгах про Симмуса Картографа у летающего судна была специальная шлюпка, она могла ходить по воздуху, как и сам корабль. Ну, а если и нет точно такой же шлюпки, то должно же быть хоть что-то на случай захвата корабля, правильно?
План, или в своем роде видимость его, помог укоренить в сердце ростки надежды. Ноги понесли меня вдоль коридора, и я бежала, не оглядываясь, со скоростью погоняемого волками оленёнка, а вокруг мелькали только голые ржавеющие стены. Скоро впереди, за поворотом направо, мелькнули тени. Варвары делали обход.
На счастье, я нашла нишу с бочками из-под масла и легко протиснулась между ними, затаившись. Появились голоса. Шаги — громче и громче. Двое, а то и трое варваров шли по коридору, общались на грузном и мешковатом своём языке. Чтобы выйти из укрытия, потребовалась пара минут, пока те не скрылись за следующим поворотом.
