Ему вовсе не улыбалось выступать в роли материальной основы только зарождающихся религиозных верований в этой первобытной культуре. Он не желал, чтобы спустя несколько тысяч лет его нескладная фигура обнаружилась в местной мифологии в виде демиурга или, что более вероятно, трикстера… Однако он отдавал себе отчёт в том, что подробное разъяснение способа, каким он явился на Церус I, только укрепит вождя Большую Дубину в его заблуждениях. Что ж, время для просветительской деятельности в этом мире ещё не наступило.
– Большая Дубина говорит правильно, – со вздохом произнёс. Не удержался и добавил: – Почти.
К его неудовольствию, лингвар промолчал. Должно быть, в системе понятий Земляных Людей не существовало эквивалентов для выражения половинчатых истин.
– Человек в Лысой Шкуре – добрый дух моего племени, – продолжал испытывать Кратова на профессиональную пригодность лягушиный вождь.
Здесь можно было бы и согласиться. Но тогда мог последовать каскад вопросов о генезисе доброго духа. Нельзя было отвергнуть и возможность того, что Кратову пришлось бы назвать точное имя и титул умершего – или погибшего – предка, которым он был в прежней жизни. А вдобавок и причину смерти. Некоторые цивилизации были щепетильны в подобных вопросах и сурово наказывали духов-самозванцев. Поэтому Кратов, скрепя сердце, ответил:
– Я добрый дух всех племён.
По-видимому, это был не самый удачный ответ.
На панели прибора впервые замигал индикатор интонационного дискомфорта, что указывало на неудовольствие, раздражение, даже нескрываемую враждебность в голосе собеседника.
– Вопрос: Человек в Лысой Шкуре – добрый дух и Каменных Людей, вариант: Людей из Камня, и Водяных Людей, вариант: Подводных Людей, и Тех, Кто Живёт в Деревьях, вариант: Тех, Кто Прячется в Стволах… – лингвар поднатужился и выдал на пределе своей фантазии: – Вариант: Дриад… а также…
– Я пришёл к твоему племени, – резко оборвал сетования Большой Дубины насторожившийся Кратов.
А вот это был точный ход. Индикатор продолжал тлеть, хотя и не так ярко.
– Вопрос: Человек в Лысой Шкуре пришёл помочь Земляным Людям.
– Да, помочь, сильно помочь! – выпалил Кратов, стараясь вернуть утраченное благорасположение князька. И с удовлетворением отметил, что тот совершенно успокоился.
– Земляным Людям нужна помощь доброго духа, – пояснил Большая Дубина. – У них давно не было своего доброго духа.
– Большая Дубина не хотел убивать меня, – намекнул Кратов. – Он хотел пленить меня.
– Человек в Лысой Шкуре говорит правильно. Земляным Людям не нужен мёртвый добрый дух.
Из этих слов и всего поведения хозяев можно было сделать весьма занимательные выводы. Лягвы явно не ощущали глубокого религиозного трепета перед потусторонними силами. Да и потусторонними ли? Дух вообще не воспринимался как сверхъестественное существо. Он был смертен. Его не зазорно было поколотить. Злой дух мог напакостить Земляным Людям, и тогда его, возможно, следовало прогнать в тычки или убить. Добрый же дух, напротив, был полезен, и надлежало заполучить его в союзники любыми доступными средствами. В том числе и окучив трухлявым дрекольем по голове.
В таком случае, кем же был в их глазах сам Кратов как неопределённых намерений и нравственных установок дух? Уродливой лягушкой в «лысой шкуре», способной на мелкие мистические услуги их племени? Мутантом-вырожденцем, без жабр, но с экстрасенсорными качествами? Военным консультантом? Похоже, Большая Дубина испытывал нужду в специалистах по ведению боевых операций, коли с такой неприкрытой враждебностью отзывался о каких-то там Каменных Людях и… гм… Дриадах.
Но Кратов твёрдо решил попытать счастья под изначально принятой личиной доброго духа всех племён.
– У Земляных Людей есть враги? – осведомился он.
– У Земляных Людей много врагов, – устами лингвара подтвердил Большая Дубина. – Земляных Людей много, очень много. У Земляных Людей дом в каждой сопке, в каждом болоте. Но врагов много, очень много, очень и очень много. Вариант: видимо-невидимо.
– Большая Дубина – вождь всех Земляных Людей? – осведомился Кратов.
– Большая Дубина – вождь только здесь, – признался князёк. – Другие болота – другие вожди.
«Что ж, – подумал Кратов. – Скромность – сестра не только таланта, но и величия». Слова Большой Дубины указывали на то, что термин «Земляные Люди» охватывал группу племён, переживающую тяжёлые времена в затяжной войне против более организованного и сильного врага, посягнувшего на их владения. Обычный межплеменной конфликт, довольно просто регулируемый путём легко формализуемых переговоров через посредников. А посредниками здесь, учитывая беспрецедентную снисходительность Земляных Людей к инаколичию, мог выступить кто угодно, от рептилоидов до людей.
– Я должен подумать, – сказал Кратов.
– Пусть Человек в Лысой Шкуре думает, – великодушно позволил Большая Дубина. – Но недолго.
Он сполз на брюхе обратно в тёплую грязь так, что на поверхности остались одни лишь глаза. Да и те понемногу смежились в дремоте… Кратов выждал, когда князёк уснёт окончательно, отключил лингвар и вызвал Лермана.
