Маркос и Томус только что подошли с другой улицы и встали рядом со мной. Легионеры смотрели на меня с каменным выражением, как обычно. Мы уже много дней вдыхали эту вонь и туман. По усталым, измазанным в крови лицам моих воинов я понимал, что больше терпеть невозможно.
Но если мы встанем на этот путь, разобьем эти двери, если ворвемся внутрь и всех перебьем, какому богу мы будем служить?
Архангелу или Несотворенному?
Несмотря на сомнения, я должен был внести ясность для своих воинов. И хотя я не жаждал получить ключ к Вратам, мне нужен был ключ для выхода из Зелтурии. И этот ключ – головы Кярса и Като, как четко дала понять Сира.
Я кивнул Геракону.
– Давай.
Он выпустил пылающую стрелу. Когда она попала в горшок со взрывчаткой, замерцал огонек. Гора загрохотала. Песчаник взвыл с оглушительной яростью, и порыв ветра вытолкнул красный туман наружу, очистив воздух. Запахло пылью и серой.
Огромная каменная дверь осыпалась горой щебня, перед нами открылось сумрачное пространство внутри, и оттуда раздались хлопки. Бум-бум-бум! Под ритм барабана нас встретил огонь аркебуз, как и говорил Амрос. Я подал сигнал первой волне атакующих.
Центурия самых молодых легионеров, все моложе восемнадцати, подняла копья и знамя, а затем с боевым кличем хлынула в устье пещеры. Учитывая неопытность бойцов, я решил пожертвовать ими ради второй волны, элиты. Количество жертв будет зависеть от того, сколько у врагов пуль, стрел и солдат.
Мне нравилось обучать молодежь, и я знал каждого по имени. Знал, кто из них женат и уже завел детей. Знал, за какую команду они болеют на гонках колесниц – синюю или зеленую, – и не пытался никого склонить на ту или иную сторону. Я понимал, что приношу их в жертву и за этот грех гореть мне в адском пламени, если цель того не стоила.
За моей спиной раздался грохот. Я обернулся и увидел воина в черных доспехах и со странной яркой птицей на плечах. У птицы было лицо прекрасного юноши. Впервые увидев, как это существо наблюдает за мной, я решил, что кровавый туман наслал на меня безумие.
Я вытащил кинжал с белым лезвием. Черный воин замер, позволив моим людям его окружить, нацелившись копьями, стрелами и аркебузами. Я жестом велел им не нападать.
– Скажи ему, что я хочу поговорить, – попросил я Маркоса.
Тот перевел мои слова на парамейский.
Черный рыцарь взмахнул эбеновой саблей, проведя полный круг, и воздух завибрировал. Мои люди отпрянули. А потом он заговорил мрачным голосом демона.
– Почему ты не скажешь своим людям, кому служишь на самом деле? – перевел Маркос. – Не Архангел перенес тебя в наше время. А Спящая.
Спящая… Саурва упоминала ее. Сказала, что понять и осознать, чем она отличается от Несотворенного, невозможно, в особенности для нас.
– А ты кому служишь? – спросил я.
– Я служу Лат.
Ну конечно, как же иначе.
Его внезапное появление отвлекло меня от первой волны атаки. Когда дым от аркебуз развеялся, на груде щебня у входа в храм лежали изрешеченные тела наших молодых воинов. Многие выли от боли. Легионеры пытались оттащить их к лекарям и сами попали под огонь аркебуз.
Я не стал на это отвлекаться, поскольку черный демон мог ударить в любую секунду. Я поднял кинжал к груди.
– Но этого ты боишься. Ты знаешь, что это.
– Слеза Архангела. Когда-то я владел ее частичкой.
– Правда? И что ты с ней сделал?
– Уничтожил черную руку Михея Железного.
Опять это имя. Черный демон знал этого Михея. И даже сражался с ним.
– Останови нападение на святой храм, – сказал он. – Позволь тем, кто внутри, спокойно уйти. И тогда я сохраню тебе жизнь.
– Как щедро, – фыркнул я. – Но с какой стати мне заключать с тобой сделку? Конечно, ты равен целой армии, но всех не убьешь. Даже ты устанешь размахивать саблей. А кроме того, у меня есть оружие, которое сокрушит твои доспехи. – Я махнул рукой в направлении южного прохода. – Давай рассуждать здраво. Снаружи ждет целая орда. Нас не пропустят, если мы не отдадим головы двух человек, находящихся в храме. И как же я сделаю это, если ты просишь меня о противоположном?
Черный воин долго молчал. А потом ответил уже мягче:
– Ты должен заплатить и мне. Я ищу женщину с рыжими волосами.
Ага, значит, у этого демона тоже есть слабые места. Ничто так не ослабляет воина, как женщина. Конечно, не считая детей.
– У нас сотни таких в плену. Опиши ее подробнее. Хотя… это худшее место на свете для латианки. Так что даже если она жива и где-то в городе, лучше ей умереть.
– Тебя защищает этот кинжал, – с горечью усмехнулся демон. – И я не стану рисковать, пытаясь тебя убить. Я просто убью всех остальных, пока ты не останешься в одиночестве. Было время, когда счет убитых мной был длиннее бороды шейха. А когда я покончу с вами, дотянется до края земли.
Я настроил его против себя. Но нужны ли мне новые враги? С Сирой я говорил аккуратно и в результате заключил такой нужный союз.
– Так иди, ищи свою женщину. – Я опустил белый кинжал. – Клянусь Архангелом, мы позволим тебе улететь отсюда вместе с ней. А взамен оставь в покое моих людей.
